Шрифт:
Потому что, если губернатор пойдет на это, он – не Заказчик.
Петр Петрович не находил себе места. Прошло уже около часа, а отпущенный Бугровым адвокат ни в номере, ни в ресторане «Олимпии» так и не появлялся. И когда он все-таки решился и лично позвонил Бугрову, небо и земля словно поменялись местами.
– Он у губернатора в гостях, – нехотя ответил оперативник.
– Как – в гостях? – выдохнул Спирский.
Он еще мог поверить, что Некрасов вытащил московского адвоката из убойного отдела – просто, чтобы не говорили потом, что он в своей губернии даже милицию не контролирует… но чтобы пригласить в гости?!
– Я сам ничего не понимаю, – убито признался Бугров. – Позвонил на его личный телефон и лично пригласил в гости.
Спирский прикусил губу. В аппарате администрации губернии определенно что-то происходило, и он впервые понятия не имел, что именно.
«Они пошли на сговор, – застучало у него в голове, – а меня думают кинуть. Это точно!»
В такой ситуации единственной надеждой на благоприятный исход операции оставалось предложение Фрида.
Охота
Сергей Михайлович уже упаковал бумаги НИИ и с черного хода вышел во двор небольшого частного дома на окраине города, – скорее, из предосторожности, чем по необходимости. Прислушался и замер. Возле сарая определенно кто-то копошился.
«И кто ты?»
Колесов медленно отступил назад в дом, стараясь не скрипеть половицами, подошел к уже упакованному кофру и на всякий случай достал пистолет. Пошарил рядом, вытащил обойму, вставил, нащупал глушитель, насадил, снова прислушался – тихо.
«Наверное, какой-нибудь алкаш…» – с облегчением подумал он, и в следующий миг входная дверь отлетела в сторону.
Сергей Михайлович сделал все почти инстинктивно. Присел, выстрелил, попал… перекатился к столу, поймал в прицел еще одного мужчину, вошедшего уже с черного хода, попал… и признал, что происходит самое худшее: на него начали охоту.
Первый заместитель губернатора Аксенов уже выходил из бассейна, когда ему позвонил Некрасов.
– Иван Степанович, – гневно пророкотал губернатор, – я только что узнал, что в НИИ убит начальник спецчасти, а сын Прошкина невиновен и сидит в СИЗО из-за акций отца…
Аксенов насторожился:
– Ну, о ЧП в НИИ мне известно… А кто такой Прошкин?
– Зам по науке из «Микроточмаша», – яростно пояснил губернатор. – Так что, будь добр, останови этот наглый рейдерский налет!
– Я? – изумился Аксенов.
– А кто у нас милицию курирует? – агрессивно поинтересовался Некрасов. – Вот и позвони им, распорядись, чтобы закрыли это надуманное дело. Мне в губернии эта грязь не нужна!
Аксенов машинально вытер лицо махровым полотенцем и сел на полированную дощатую скамейку.
– Хорошо, позвоню…
– До завтра, Иван Степанович, – чуть менее гневно пророкотал губернатор.
– До завтра, Валерий Матвеевич… – попрощался Аксенов.
«Как же ты меня достал!»
Некрасов был кошмаром Ивана Степановича Аксенова всю его жизнь. В прошлом – вечный соперник по спортивной карьере, а с приходом новых времен – в карьере народного избранника и политика, пусть и местного уровня. Вот и теперь Валерий Матвеевич был губернатором, а Иван Степанович – всего лишь его первым заместителем.
Аксенов, троекратный чемпион города и чемпион области по вольной борьбе, был хорошо известен. Благодаря прошлым спортивным заслугам его охотно выбирали и переизбирали – электорату нравился простой на вид мужик из народа. Но и на последних, самых важных выборах снова одержал верх Некрасов.
Понятно, что щедрый Валера пригласил проигравшего оппонента возглавить хозяйственный блок в администрации и даже дал ему пост вице-губернатора. Но Аксенов недаром трижды побеждал Некрасова на соревнованиях по вольной борьбе; он прекрасно помнил, как выглядит Валерий Матвеевич, положенный на лопатки. И сдаваться не собирался.
– Эх, времена… эх, нравы… – вздохнул Иван Степанович и принялся вытирать чуть заплывшее жиром тело бывшего атлета.
Спортивное прошлое простого советского чемпиона было прекрасным. Аксенов и теперь мог рассуждать о спорте долго и со знанием дела. На женщин эти рассуждения производили неизменно положительное впечатление, и к концу разговора медведеподобный Иван Степанович Аксенов переходил к основному: объяснению, чем «двойной нельсон» отличается от одинарного и как правильно переводить соперника в партер. Ну а когда разогретые спортивной болтовней вице-губернатора девушки начинали хихикать и бросать многообещающие взгляды на могучую шею Ивана Степановича, он задавал свой коронный вопрос-загадку: