Тревис уехал. Габи направилась в спальню и остановилась перед зеркалом. Она всегда знала, что не относится к тем женщинам, которые способны застопорить уличное движение, но впервые за много лет смотрела в зеркало и гадала, что при встрече думают о ней мужчины, не считая Кевина.

Несмотря на усталость и взлохмаченные волосы, Габи выглядела не так уж скверно. Она обрадовалась бог весть отчего. Невольно вспомнила разочарование, которое появилось на лице Тревиса при упоминании о том, что у нее есть парень, и покраснела. Не то чтобы изменились ее чувства к Кевину…

Она, несомненно, ошибалась насчет Тревиса Паркера — с самого начала. В экстремальной ситуации он держался хладнокровно. Габи восхищалась им — хотя, наверное, не стоило удивляться. В конце концов, это его работа.

Габи решила позвонить Кевину. Тот пообещал приехать через несколько минут.

— Как дела? — спросил Кевин.

Габи прижалась к нему. Было так приятно лежать в его объятиях.

— Я волнуюсь.

Кевин притянул ее ближе; Габи ощущала его запах, чистый и свежий, будто он принял душ прямо перед тем, как приехать. С растрепанными волосами он походил на студента.

— Хорошо, что твой сосед оказался дома, — сказал Кевин. — Тревис, кажется?

— Да. Вы знакомы?

— В общем, нет, — ответил он. — Мы страховали его клинику, но с ним в основном имеет дело мой отец.

— А я думала, в маленьком городе все друг друга знают.

— Ну да. Но я вырос в Морхед-Сити и в детстве не общался с ребятами из Бофора. И потом, Тревис, кажется, на несколько лет старше. Он наверняка уже уехал в колледж, когда я перешел в старшую школу.

Габи кивнула. Ее мысли вновь вернулись к Тревису. Серьезное выражение, с которым он осматривал Молли. Спокойная уверенность в голосе, когда он объяснял, что случилось. Она ощутила легкое чувство вины и потянулась к Кевину, чтобы уткнуться лицом ему в шею. Тот погладил ее по плечу, и знакомое ощущение успокоило ее.

— Хорошо, что ты приехал, — прошептала она. — Ты был мне сегодня нужен.

Кевин поцеловал ее волосы.

— А как еще я мог поступить?

— Да, но ведь у тебя была важная встреча, а завтра ты должен рано уехать.

— Ничего страшного. Всего лишь конференция. Максимум десять минут на то, чтобы собраться. Жаль, что я не приехал раньше.

— Возможно, тебя бы вырвало.

— Не исключено. Но все-таки мне неловко.

— Ты ни в чем не виноват.

Кевин погладил ее по голове.

— Хочешь, я отложу поездку? Наверняка папа меня поймет, если завтра я останусь с тобой.

— Не стоит. Во всяком случае, я буду работать.

— Уверена?

— Да, — сказала Габи. — Но спасибо, что предложил. Для меня это много значит.

Макс Паркер обнаружил сына в послеоперационной палате — он спал на раскладушке. Разбудив Тревиса, отец выслушал его объяснения по поводу того, что случилось, а потом принес две чашки кофе.

— Неплохо для первого раза, — заключил он. Седоволосый, с кустистыми белыми бровями, он казался олицетворением всеми любимого доброго доктора Айболита.

— Ты когда-нибудь лечил собаку с выпадением матки?

— Никогда, — признался Макс. — Хотя однажды лечил лошадь. Сам знаешь, это редкая штука. А Молли, кажется, неплохо себя чувствует. Когда я приехал утром, она села и завиляла хвостом. Ты поздно лег?

Тревис охотно отхлебнул кофе.

— Просидел с ней почти всю ночь. Хотел удостовериться, что матка снова не выпадет.

— Обычно этого не бывает, — заверил отец. — Но все равно хорошо, что ты остался на ночь. Уже звонил хозяйке?

— Пока нет. Непременно позвоню. — Тревис вытер лицо. — Господи, я совсем без сил.

— Может, поедешь домой и поспишь? Я сам управлюсь и присмотрю за Молли.

— Не хочу тебя утруждать.

— Никаких проблем. — Макс улыбнулся. — Забыл? Тебе здесь вообще нечего делать. Ведь сегодня пятница.

Через несколько минут, взглянув на Молли, Тревис вернулся домой. Вылез из машины, потянулся, а потом направился к Габи. Пересекая подъездную дорожку, он заметил торчащую из ящика газету и после недолгого колебания вытащил ее. Тревис уже собирался постучать, когда услышал звук приближающихся шагов, и дверь открылась. Габи явно удивилась, увидев его.

— О! Здравствуйте, — сказала она. — А я как раз подумала, что нужно вам позвонить.

Девушка стояла босиком, в широких штанах и белой рубашке, волосы были схвачены заколкой цвета слоновой кости. Тревис снова отметил, какая Габи привлекательная, но сегодня его осенило, что ее притягательность кроется скорее в неподдельной искренности, чем во внешней красоте.

Габи казалась такой… настоящей.

— Поскольку я все равно ехал домой, то решил поговорить лично. Молли в полном порядке.