—Да как бы ничего сверху не свалилось…

—Так, может, не будем по подворотням шастать? — предложил опер.

—Не пойдет, — поморщился я и едва успел прикрыть рот ладонью, прежде чем сдавленно чихнул. — Если туристы караульного выставили, на дороге он нас сразу срисует.

—И что ты предлагаешь?

—Обойдем комплекс дворами и попробуем с другой стороны зайти. Оттуда нас точно ждать никто не станет.

—Веди… — скрепя сердце согласился с моим планом Кузнецов.

Какое-то время мы шли молча, потом я приметил идеально круглую дыру в асфальте и предупредил федерала:

—Надо обойти.

—Это что еще за нора? — удивился тот.

—Да сюда такие паскудные бомбы скидывали — они сначала под землю уходили, а потом уже взрывались. Входное отверстие небольшое, а внизу пустоты. Можем провалиться.

—Коммуникации и бомбоубежища уничтожали, — предположил Кузнецов.

—Наверное, — по широкой дуге обходя дыру, шмыгнул я носом.

И в самом деле, вскоре навстречу попался провал метров десять глубиной, вплотную подошедший к стене дома. Думаю, еще пара лет — и обрушения не миновать.

Впереди вон и вовсе завал виднеется. Похоже, там бомба в дом угодила, и крайний подъезд просто снесло. Плохо — нам со двора теперь через эту кучу выбираться.

—Может, другой путь есть? — Кузнецов перевел взгляд с бетонных и кирпичных обломков на заметно накренившуюся и пошедшую трещинами стену соседней пятиэтажки. — А то чихнешь, и нас завалит…

—Попробую сдержаться. — Я высморкался в пальцы и зашагал напрямик. — А обходить — только время зря терять. Тут вся округа бомбами перепахана.

—Не нравится мне это, — вздохнул опер, но спорить не стал и принялся вслед за мной карабкаться на завал, стараясь не зацепиться за торчащие в разные стороны острые концы арматуры. — Так и обувь порвать недолго…

—Не о том думаешь. — Тяжело дыша, я спрыгнул на свободное от обломков место. — Нам надо успеть, прежде чем туристы неладное заподозрят.

—Слушай, а почему туристы? — задал, вероятно, давно вертевшийся на языке вопрос спустившийся ко мне Кузнецов.

—Да шастают всякие, — сплюнул я на асфальт. — Пришли-ушли, а нам тут жить.

—Понятно, — кивнул опер и спросил: — Куда теперь?

—А вон, — указал я на развалины торгово-развлекательного комплекса.

—Ты издеваешься? — уставился на меня федерал. — Да в здравом уме туда никто в жизни не сунется!

Развалины и в самом деле выглядели просто жутко: что могло сгореть, давно сгорело, во все стороны торчали закопченные и изогнутые листы облицовки, перекрытия местами обвалились, и любой желающий прямо с улицы мог полюбоваться на каркас здания. На первый взгляд искать там убежища стоило в последнюю очередь и даже просто забираться внутрь было неоправданно опасно, но это лишь на первый взгляд.

—Не сильно впечатляюще выглядит, не правда ли? — ухмыльнулся я и перебежал через перекресток на другую сторону дороги к не столь сильно пострадавшему от бомбардировок многоэтажному жилому дому, на первых этажах которого раньше располагался известный в городе универмаг. Но «не столь сильно» — это лишь в сравнении с соседними зданиями, а так и дыры в стенах зияют, и некоторые секции обвалились.

—Ты в своем уме? — зарычал догнавший меня Кузнецов. — Мы зачем сюда пришли?!

—Успокойся ты, — отмахнулся я. — Никому и в голову не придет там туристов искать, так ведь?

—Ну да.

—Вся фишка в том, что этот развлекательный центр изначально строился вокруг старого кинотеатра. Отсюда не видно, но он его практически с трех сторон охватывает. И вот само здание кинотеатра от пожара и бомбежек пострадало не так уж сильно.

—И местные об этом знают! — догадался опер и едва не поскользнулся на россыпи гильз от крупнокалиберного пулемета.

—Именно.

Стараясь держаться подальше от не внушавшей доверия стены жилого дома, я побежал по дороге к центральному входу в кинотеатр. Внезапно сзади раздался непонятный треск, и с верхних этажей на асфальт рухнула вывалившаяся бетонная панель.

—Совпадение? — оглянулся опер.

—Бывает, — обогнув инкассаторскую машину, один из бортов которой усеивали многочисленные пулевые пробоины, подтвердил я. — Быстрее!

—Не торопись, — придержал меня опер, когда мы миновали закопченную стену ТРЦ и подбежали к скверу у центрального входа в кинотеатр.

—А что такое?

—Опять на растяжку нарваться хочешь?

—Нет, пожалуй, — поумерил я свой пыл и, тяжело дыша, уселся на нижнюю ступеньку лестницы, ведущей на замощенную тротуарной плиткой площадку.