— У него была другая женщина, — настойчиво повторил Роури, предполагая, что Энджел, возможно, не услышала его в первый раз, настолько она не прореагировала на его слова.

— Да, — сказала Энджел и медленно, тяжело вздохнула. — Это все объясняет.

— Ты хочешь, чтобы я продолжал?

Она гордо подняла голову.

— Слава Богу, я не из тех, кто боится узнать правду, Роури. Продолжай, пожалуйста. Расскажи мне о ней. Как ее зовут?

По его лицу скользнуло какое-то неопределенное выражение. Губы крепко сжались. Около рта обозначились жесткие складки.

— Джоанн. Джоанн Прайс.

Энджел наморщила лоб и задумалась. Имя показалось ей знакомым.

— Она австралийка? Одно время она работала менеджером в рекламном агентстве.

— Все верно.

— Тогда она только что окончила университет, — Энджел старалась вспомнить как можно больше, — и приехала в Англию, чтобы получить опыт работы. — Энджел отбросила выбившуюся прядь волос со лба, удивляясь, как много она знает о женщине, с которой встречалась всего раз или два в жизни. Почему было? Может, Чад много говорил о ней, а его жена просто не замечала этого?

Роури неловко кивнул.

— Да, все так. Чад встретил ее в баре около офиса, нашел ей временную работу и, сам того не ожидая, влюбился.

Энджел задержала дыхание. Ей хотелось возражать, спорить, она не могла так просто признать очевидность его слов — их жестокая откровенность ошеломляла.

— А ведь я была его невестой меньше чем за год до этого, — горько напомнила она. — Неужели он совсем не любил меня?

Снова повисло неловкое молчание.

— Скорее всего, Чад думал, что любит тебя, Энджел, поэтому и женился на тебе. — Лицо Роури стало жестким. Говорить такое было очень больно. — Только потом появилась Джоанн и…

— И? — Энджел глядела на него так, словно это была его вина.

Роури протянул к ней руки, словно извиняясь, но теперь он уже должен был сказать ей всю правду.

— Чад и сам плохо понимал, что с ним происходит. Это было не просто увлечение, понимаешь? Такое случается лишь раз в жизни — если ты вообще веришь, что такое возможно. Я лично нет. — Его лицо потемнело. — Но Чад, безусловно, верил.

Энджел вздрогнула.

— Мне жаль, я не должен был говорить…

— О, нет! Должен! Я же сказала тебе, что хочу услышать правду. Ты всего лишь исполнил мою просьбу. И ты абсолютно прав, Роури. Чад думал, что любит меня, поэтому и женился на мне. А потом… — Она остановилась, не желая продолжать бессмысленный анализ отношении с мужем. Тем более в присутствии его брата.

Но Роури и не вынуждал ее продолжать. Он сел и первый раз поднес ко рту стакан с бренди. Потом осторожно поставил стакан обратно на стол.

— Чад не мог, не решался прямо сказать тебе, что случилось. Впрочем, как и мне. Он и Джоанн просто взяли и уехали в Австралию, чтобы быть подальше от всех, кто мог бы поставить под сомнение их идеальные отношения. Такое вот географическое бегство, насколько я понимаю.

— Возможно. Но ведь, надо полагать, у нее есть семья в Австралии? Большинство нормальных родителей не одобрило бы отношения их дочери с женатым мужчиной!

— Ты права. — Роури нахмурился. — Но в случае Джоанн такой проблемы не возникло. Понимаешь, все ее родственники умерли. Она осталась одна на свете. Думаю, это и пробудило у Чада желание защищать ее. — Роури глубоко вздохнул, словно то, что он собирался сказать дальше, ему было произнести труднее всего. — У них оказалось очень много общего. Они оба росли сиротами и объединились против враждебного мира.

Зеленые глаза Энджел сузились, она насторожилась. Последние слова Роури пробудили у нее неясное чувство опасности.

— Ты что-то недоговариваешь, Роури?

Он улыбнулся ей, как бы успокаивая. Но Энджел больше не реагировала па ослепительные улыбки мужчин. Да и на большинство мужчин вообще. Разбитые браки часто оказывают подобное действие на женщин.

— Давай поставим на этом точку, — предложил он осторожно, стараясь избежать ее напряженного взгляда.

— Нет, договаривай до конца!

Роури резко выдохнул. Ох уж эта проклятая женская интуиция!

— Хорошо, Энджел. Я расскажу тебе вкратце. Чад и Джоанн уехали в Австралию и были, несмотря ни на что, невероятно счастливы в своем маленьком мирке.

— Откуда ты это узнал? Не мог же ты просто вычислить все после смерти Чада. Ты сказал, что несчастный случай произошел… — она нахмурилась, вспоминая, — двенадцать дней назад.

Это был один из тех вопросов, которых Роури боялся.

— Он прислал мне письмо незадолго до Рождества, — тихо признался он.

— Письмо?! — Энджел встала. Она просто не могла поверить услышанному. — И почему же ты не рассказал мне обо всем тогда же?

— Чад специально просил меня не делать этого…