Мы сидели в кабинете мангуста и смотрели на восходящий Хион. Кое-кто встретит сегодня свое последнее утро, а что до остального, так волчица давно соскучилась по настоящей работе. Ей нужно самоутвердиться таким путем. Охотников бывших не бывает. А Эллина, я вздохнул, ее понять можно. Да, она не боевик, но повелитель разума, готовый к бою, – тоже не подарок. Один на один Эллина сможет разделать почти любого. Да, при покушении на себя она лопухнулась, но сейчас ни о какой растерянности, панике не идет и речи. Эллина напоминает сжатую до предела пружину. Опаньки, девчонки договорились между собой.

– Я иду в корчму, – начала Арна, – и дожидаюсь, когда слуги Проклятого спустятся завтракать. Эллина прикрывает меня снаружи. Меня никто здесь не знает, и островитяне не будут удивлены видом похмеляющейся блудницы.

Эйт резко закашлялся. Вполне его понимаю. Принять сейчас мастера-охотника за блудницу может только слепец. Вру, слепоглухой кретин.

– Я подсаживаюсь к ним за стол, – продолжила Арна, – и выбираю момент для атаки. Эллина меня поддерживает, и наши друзья быстро будут упакованы.

М-да, я уже представляю себе эту картину. Мужик лезет в лиф новенькой шлюхи, а она оборачивается. Ты хотел женской ласки – так получай, а волчица тоже девушка. Вот так и становились в Белгоре мужчины импотентами. Хорошо, что Арна была слишком растеряна и допустила словесную ошибку в своем первом разговоре со мной. Хорошо, что я сумел выкрутиться тогда. Представляю себе свою реакцию на вторую ипостась Арны.

– А третий убийца? – спросил мангуст.

Логично. Их трое, и один всегда остается в номере, когда двое его приятелей стараются не выбиваться из общей картины.

– Влад возьмет, – отмахнулась Арна.

Возьмет, а куда он денется! Значит, я лифтом поднимаю свою тушку на уровень второго этажа, выбиваю тараном окно, ковбой хренов, и беру тепленького третьего слугу Темного. Нельзя быть постоянно готовым к отражению атаки. Физически и психологически это невозможно. Если бы Эллина была готова к атаке, вернее, если бы у нее было время подготовиться, то Лит остался бы жив. Да, забыл, я выбиваю окно и кричу: «Всем мордой в пол, работает ОМОН!» – и предупредительный огнешар запускаю в потолок. Отлично придумано, добавить нечего.

– Принимается, – согласился мангуст, – почти принимается. Что скажешь, Шутник?

– Великолепный план, – ответствовал я, – есть только одно маленькое замечание. Эллина остается здесь, и Арна тоже остается здесь. Внутрь корчмы заходим я и Тихий, а Эйт Ветер разбирается с третьим гостем.

– Ты!!!

Уже спелись, однако.

– Я, – не стал я отрицать очевидного. – Арна, ты сейчас не совсем в форме: слишком много времени ты провела без стали, а как магиня слаба. Перекидываться – тоже не выход, ты прикончишь свою цель, находясь во второй ипостаси, ты не сможешь полностью контролировать волчьей ярости, никто из вервольфов не может, да и берсерки не очень от вас отличаются. Эллина – не боевик, нанесет либо слабый удар, либо слишком сильный. Оба варианта неприемлемы. Нам нужны живые или почти живые тела баросцев – кого допрашивать будем, если в заварухе пострадают их головы? Нам не нужны потери среди своих. Помечтали – и хватит. Если у тебя и Эллины есть возражения, то я могу подсказать, куда именно вы их можете засунуть. Я понятно выразился?

– Ты, – вскочила Арна, – ты самый мерзкий, ты…

– И встать, – перебил я ее, – когда с тобой разговаривает подпоручик!

– Какой подпоручик? – вскипела Эллина.

– У которого гранаты не той системы, – развеял я ее недоумение.

– Да какие гранаты?.. – раздался негодующий дуэт женских голосов.

– Которых вместе с пулеметом я вам не дам, – признался я.

Красные лица возмущенных девчонок – и молчание. Вру: ржач мангуста и остальных рейнджеров заполнил кабинет.

– Ты хотел такого уточнения? – поинтересовался я у развеселившегося мангуста.

– Именно такого, – хрюкнул Тихий.

– Арна, зайка, – продолжил я, – кстати, твой гардероб не соответствует высокому званию блудницы. Никто не поверит, что броня является одним из вариантов откровенного платья, а оружие – твоим маникюрным набором.

– Ты подонок, – вздохнула волчица и села на стул.

Одна девушка все поняла. Погань быстро избавляет от тех качеств, которые мешают в ней работать. А вот вторая еще не полностью успокоилась.

– Эллина, – продолжил я, – ты еще слишком взбудоражена и можешь совершить глупость.

– Я – повелительница разума, – прошипела девчонка.

– Не спорю, – усмехнулся я, – если ты сможешь меня пройти, если сможешь выйти из этого кабинета, то ваш гениальный план принимается, – меланхолично заметил я. – Попытаешься?

– Да! – рявкнула магиня.

Ната. Холод во мне и вокруг меня. Потрясенные глаза Эллины, усмешка Арны. Тут тебе не здесь, а наш разговор с убийцами Лита будет очень серьезным и происходить должен без всяких глупостей, без всяких накладок.