— Мистер Брайтон, пора вставать.

— Благодарю вас.

— Вы сами разбудите… э-э… миссис…

— Да, конечно. Спасибо.

Через четверть часа, умытый, чисто выбритый и счастливый, он уже стучался в дверь соседнего номера.

Дверь открыл Брюс. Заспанным он не выглядел, на Джона посмотрел спокойно, но без особого дружелюбия, и, буркнув «Добрутр», ушел в спальню.

Лиза Кудроу, в джинсах и легком пуловере, выглядела юной и немыслимо прекрасной. Однако на прелестном личике застыло несколько озадаченное и тревожное выражение. Джон подошел и быстро поцеловал ее в упругую щеку, пахнущую жасмином.

— С добрым утром еще раз, красавица.

— Виделись, граф. Послушай, я не понимаю, что с Брюсом. Он был в постели, когда я пришла его будить, но не сказал мне ни слова.

— Да? Со мной он тоже был суров. Может, не выспался? Или голодный. Брюс!

— Чего?

— Пойдем завтракать?

— Не хочу.

— Надо. Нам ведь ехать.

— А я все равно не хочу. Так поеду.

— Ну тогда давай вещи соберем.

— У меня они все собраны.

Джон и Лиза озадаченно переглянулись — и решили не приставать к мальчику.

И по дороге на вокзал, и в поезде Брюс хранил на своей загорелой мордашке отчужденно-замкнутое выражение. Не прореагировал на мороженое, уселся к самому окну и прижался к нему носом. Так и просидел почти целый час, пока терпение Лизы не кончилось.

На самом деле она подозревала, в чем дело, но боялась об этом думать.

Брюс мог встать ночью, не найти ее в номере и пойти искать. И тогда он мог заглянуть в номер Джона и застать их… Неважно, в процессе или после него. Они в любом случае были голыми.

Что-то насчет детской психотравмы по этому поводу крутилось у Лизы в голове, но вот что именно? Кроме того, в учебнике шла речь о родителях, которых ребенок застал в постели. Они же с Джоном не родители… И не в постели…

Мучиться догадками Лиза не могла и потому знаками и жестами выпроводила Джона из купе, а сама подсела поближе к Брюсу. Тот буркнул, не отрываясь от окна:

— Хотела его выгнать, так сказала бы словами. А то корчишь рожи, как макака.

— Брюс, чего это ты так со мной?

— Ну… не как макака.

— Что с тобой, дружок?

— Я тебе не дружок, тетка. Дружок у тебя другой.

У Лизы упало сердце. Видел!

— Я все еще не понимаю, в чем дело. Не хочешь поговорить?

— Не хочу.

— Брюс, что происходит? Я тебя чем-то обидела?

— Нет. Тетка, отстань, а?

Он опять уставился в окно и головы больше не поворачивал. Вернувшийся в купе Джон вопросительно поднял бровь, но Лиза только беспомощно пожала плечами.

Мальчик не отреагировал и тогда, когда они сбежали в тамбур и целовались там до звона в ушах. После этого Джон заверил Лизу, что не доживет до дома, но она наотрез отказалась искать пустое купе.

В остальном же путешествие до Ливерпуля было вполне обычным, то есть долгим и немного скучным. Сегодня погода решила не баловать гостей туманного Альбиона, и небо заволокло тучами. Пошел классический английский дождик, все вокруг заволокло лирической серой дымкой, и южанка Лиза немедленно пригорюнилась, разом вспомнив и дом в Батон-Руж, и тетушек, и — почему-то — мистера Карча, а также тот день, когда в ее жизни впервые появился Паршивец Брюс.

Джон подсел к ней и обнял за плечи. Лиза метнула испуганный взгляд в сторону мальчика, но тот никак не отреагировал. Кажется.

Постепенно мерный стук колес убаюкал не успевших выспаться любовников, и вскоре Лиза склонила свою головку на широкую грудь Джона, а он прижался щекой к ее кудрявой макушке.

Они спали и потому не могли видеть, как восьмилетний мальчик смотрит на них. В потемневшем от тоски взгляде зеленых глаз горели ревность, отчаяние, тоска, и до синевы были сжаты маленькие кулаки, судорожно прижатые к груди.

Шестичасовое путешествие закончилось в Ливерпуле, городе битлов и хиппи. При виде смеющихся девиц с тесемочками на лбу и в расшитых цветами джинсах Джон почему-то помрачнел и решительно потащил Лизу и Брюса в сторону гостиницы, но тут дорогу им преградила невысокая и на редкость тощая девица.

— Привет, профессор! Рада тебя видеть.

— Э… Здравствуйте, Келли…

— Познакомь меня со своей девушкой. Мы все же не чужие друг другу.

— Лиза, это Келли. Она у меня училась.

— Да. И чуть было к нему не переехала. Я не очень? А, Джонни? Ты не парься, подруга, это дело давнее. Судя по твоему прикиду, ты тогда еще ходила в школу. Ну ладно, док, пока.

И тощее создание упорхнуло, приветственно помахав рукой на прощание. Навернутые на запястье индийские бусы с маленькими бубенчиками прощально звякнули. Брюс презрительно фыркнул и молча зашагал вперед. Лиза же подхватила Джона под руку и пропела медовым голоском: