— Не обращай на меня внимания. Бери девчонку, — велела Моргас.

Ходжекис двинулся вперед.

Уилл вытащил нож. Черное лезвие вбирало в себя свет, не давая ни блика, ни отблеска.

— Только попробуй, — сказал он.

Кошка–гоблин угрожающе зашипела, но ни она, ни человек не отважились приблизиться к нему. В этот момент Моргас застонала, и они оба обернулись к ней. Мужчина подставил плечо, и они стали медленно подниматься по лестнице. Кошка последовала за ними. Через некоторое время все в подвале услышали, как хлопнуло то, что осталось от входной двери. Из–за спинки кресла показалась голова Муунспиттла:

— Она… у–ушла? Уилл обнял Гэйнор:

— С тобой все в порядке?

Она кивнула. Горло так саднило, что она пока не могла говорить.

— Вот это представление ты устроила, — сказал Рэггинбоун. — Не столь отважно, сколь безрассудно.

— Безумно, — добавил Уилл, покрепче обнимая ее. — Я уже думал, что потерял тебя.

— А что случилось с Моргас? — просипела Гэйнор. — Это Ферн ее так?

— Трудно сказать, — ответил Рэггинбоун. — Надеюсь, что, когда ведьма доберется до Рокби, Фернанда уже уедет оттуда. Что бы она там ни сделала.

А в Рокби в это время Люк, Ферн и Скулдундер вошли в комнату заклинаний. Гоблин присоединился к ним, как только они вышли из оранжереи. За всеми событиями он наблюдал с безопасного расстояния из–за двери. Впрочем, он мало что пропустил, поскольку гоблины хорошо видят в темноте.

— Этот жалкий домовой, кажется, многое упустил, — задумчиво произнес он. — Дом пустой, говорил он, даже пауки ушли. А вот о гигантских пауках, пожирающих людей, он даже не упомянул…

— Он не местный, — сказала Ферн. — И скорее всего, появился тут уже после того, как Дибук ушел.

— Ну да, прибыл в ящике с бананами, — пробормотал Люк. К нему снова вернулась холодная самоуверенность, что, в общем, немудрено: попробуйте убить огромного паука кухонным вертелом и у вас тоже появится вера в себя. На плече у него висела сумка, которую он позаимствовал в спальне Мор–гас, а в сумке лежала голова. Время от времени она начинала(дрожать или метаться, толкая его в бедро, пока он шлепком не унимал ее.

— И об этом тоже ничего не сказал, — продолжал ворчать Скулдундер.

В комнате заклинаний никого не было, но гоблин зашел туда неохотно, остановился сразу у порога и попытался слиться со стеной.

— Не исчезай совсем, — предупредила его

Ферн. — Это, в конце концов, невежливо.

— Что–то не так? — спросил его Люк, напряженно вглядываясь в углы, где могла таиться опасность.

— Именно здесь она открыла Бездну, — пролепетал Скулдундер. — Я и сейчас чувствую тягу оттуда…

— Он хочет сказать, что в этом месте происходит стык реальностей, — пояснила Ферн. — Когда открываются Врата между разными мирами — между разными измерениями, между прошлым и будущим, — все меняется, даже если потом их закрыть. В полотне существования появляется прореха. Такое уже случалось в нашем доме в Йоркшире. Дом так и не стал прежним. Нарушенную реальность можно залатать, но если ты достаточно восприми чив, то обязательно почувствуешь слабинку.

— И сможешь открыть Врата снова?

— Возможно. Если хватит сил.

Пустота в комнате была какой–то давящей. Это было даже хуже, чем ощущение скрытой угрозы в оранжерее. Ферн зажгла волшебный фонарик, но он тут же погас, как будто ему не хватало кислорода. В этой короткой вспышке они разглядели выжженный круг на полу и вьющиеся тени под потолком. Ферн вздрогнула, заметив, что стоит внутри круга.

— Вот сюда канули все духи, — задумчиво произнесла она, — даже самые мелкие фантомы из истории дома — живые воспоминания, придававшие дому своеобразие. Все исчезло в одно мгновение. На их место пришли другие, но у этих нет ни прошлого, ни целей на будущее. Это бактерии мира духов — зло их притягивает, как болезнь и разложение. Дом задыхается от них, чувствуете? Они питаются пустотой и заполняются ею. Этот дом уже никогда не станет живым.

Они молча вышли из комнаты, почти мечтая, чтобы им встретился монстр, с которым можно было бы сразиться.

— Ну теперь мы уйдем? — с надеждой спросил Скулдундер. — У меня мурашки по спине бегают — ведьма возвращается.

— Ведьма тут уже есть, — напомнила ему Ферн. — А что до Моргас, то ей далеко ехать. Чтоб она в пробке застряла.

— Это заклинание? — спросил Люк.

— Нет, просто мечтаю.

Они шли по темной галерее. Внизу зиял пустотой бальный зал.

— Дибук что–то говорил о пленнике на чердаке. Где это? — спросила Ферн.

— Но он сказал, что это чудовище! — запротестовал Скулдундер. — Он огромный, ужасный… Может, хватит на сегодня чудищ?

— Мне понадобится еще один вертел, — спокойно заметил Люк.

— _Где_это?_ - повторила Ферн.

В конце концов они отыскали лестницу, ведущую на чердак. Скулдундер все больше нервничал. Люк напряженно всматривался вперед. Решимость Ферн была похожа на одержимость. Она молча вела их наверх, зажав в руке фонарик. Сейчас она уже не строила догадок, она точно знала, кого найдет там. Она поняла, что все это время чутье подсказывало ей, что он где–то рядом. Он был в заключении и страдал, и все по ее вине, потому что она поклялась ему в дружбе, но не сделала ничего, чтобы сдержать клятву.