— Я выпущу тебя, как только ты пообещаешь мне быть вежливой, — сказала Моргас, улыбаясь. Она доставала с полки разные бутылочки и смешивала их содержимое в каменной чаше.

У нее было мало радостей с момента столкновения с Ферн и Гэйнор, но зато теперь она была почти счастлива. Теперь и у нее есть союзница!

Ферн понимала, что хотя бы в воскресенье ей нужно побыть одной, поразмышлять. Ее мысли, как белки в колесе, упорно крутились вокруг одного и того же. Она старалась не думать о Люке и Кэле и все время приходила к тому, с чего начала: одолеть Моргас в одиночку ей не под силу. В понедельник она побывала в гостях у Люка. В гараже рядом с его домом стояли два «порша».

— «Порш» — это мерило успеха в бизнесе, — сказал он без тени улыбки. — У одного моего приятеля их четыре. Машины подбираются под костюмы.

— У него всего четыре костюма? — удивилась Ферн.

— О да. И один из них ярко–красный.

Обстановка квартиры ее удивила. Белые стены, минимум мебели, забитые книгами полки и разномастные картины. Одна из них представляла собой абстракцию: серый фон, напоминающий изображение головного мозга, прорезали две голубые молнии; был еще снежный пейзаж в духе Каспара Давида Фридриха и какие–то архитектурные эскизы собора. Новейшие технологии были представлены широкоэкранным телевизором, DVD–плейером и музыкальным центром с мощными колонками. Посреди комнаты стояли узенькая софа с подлокотниками, больше похожими на лапки насекомого, кресло в том же стиле и два кресла эпохи короля Эдварда; полные пепельницы и немытые стаканы, очевидно, ждали прихода горничной. Холодный свет светильников создавал ощущение прохлады. Люк включил декоративный камин с газовым пламенем, тепла от которого почти не было.

— У меня тут небольшой беспорядок, — сконфуженно сказал Люк. — Обычно я слежу за чистотой, но в последнее время мне не до того.

— Это не беспорядок, — успокоила его Ферн. — Здесь нормальная обстановка для обжитой квартиры. Может, недостаточно обжитой…

— Лично мне нравится эта келья, — ответил он. — Но даже тут иногда возникает беспорядок. Я вырос в роскоши. У моей матери вкус отсутствовал напрочь, а у отца не было времени заниматься обустройством нашего дома. Так что в детстве моим воспитанием заняться было некому. Но Оксфорд и Вестминстер все же сделали из меня джентльмена, по крайней мере, внешне.

— Это хорошо, — согласилась Ферн. — Но в вас все же проскальзывает жесткость. Иногда.

Люк развязал галстук и налил джин с тоником для Ферн и виски для себя.

— В вас тоже иногда проглядывает ведьма… Вы собирались что–то узнать.

— Я видела вашу сестру, — произнесла Ферн и тут же пожалела, что сказала ему об этом так беспечно. Он резко повернулся, забыв о напитках, и внимательно посмотрел на нее.

— Вы имеете в виду — не в больнице? — Он произнес эту фразу очень тихо, но напряжение, которое слышалось в голосе, выдавало его волнение.

— Вот что я видела: длинное пышное платье, кажется, шифоновое, масса волос, скорее всего шиньон. Такой была ваша сестра на той вечеринке, правда? Потерянный дух является в своем последнем физическом воплощении, в той одежде, украшениях, которые были на нем в момент ухода. Полагаю, она не понимает, что с ней сейчас происходит. А если и понимает, то воспринимает это как сказочный сон…

— Где она?

— Обещайте, что, если я скажу, вы не помчитесь туда сломя голову. Один неверный шаг, и Дана будет потеряна для нас навеки. Поверьте мне, я знаю, о чем говорю. Думаю, что знаю.

— Вы описали ее костюм совершенно точно, — сказал Люк. — Узнать об этом вы не могли… если только не поговорили с кем–то из гостей.

— Мне понятны ваши сомнения, — согласилась Ферн. — Вероятно, я знакома с кем–то из ваших друзей. Мир тесен. Но вы либо верите мне, либо нет. Решайте.

— Так уж получилось, я не очень доверчив по жизни, — сказал он. — Но вам я верю.

Люк протянул ей стакан с джином и уселся на причудливой формы стул.

— Продолжайте, — попросил он.

— Дана в Рокби, — сказала Ферн. — Она так и не покинула этот дом. Женщина, которая арендовала у вашего отца имение, — ведьма. Ведьма другой масти. Она коллекционирует души. Видимо, она была на той вечеринке, и ваша сестра оскорбила ее своим нарядом.

— Оскорбила? Дана? Ничего не понимаю!

— Ведьму зовут Моргас, — продолжала Ферн. — Она оставила этот мир около тысячи лет назад. Но она не умерла, она просто ждала своего часа в другом месте. А теперь вернулась и жаждет власти и мести. Каким–то образом она манипулирует вашим отцом. Ее Дар и мастерство гораздо сильнее моих. Я по сравнению с ней новичок.

— А почему она мстит Дане?

— Не Дана цель ее злобной мести, — сказала Ферн. — Моргас крадет души и издевается над ними только для того, чтобы потешить свою больную психику. Эта ведьма преследует меня. Когда–то она забрала мой дух, чтобы я стала для нее связующим звеном с нашим миром. Но я предала Моргас и сбежала, спалив ее в магическом огне. Она должна была сгореть дотла, но сила ее колдовства была слишком велика. Ее возродила Река Смерти, и теперь Моргас невозможно убить обычным способом.