Вечером к нему пришла его знакомая незнакомка, и он понял, что пришло время выполнять свою часть сделки. На следующее утро он уже был в космопорте и покупал билет на ближайший рейс до Альянса.

Тайлер вспомнил свой последний разговор с Ириной, так представилась ему женщина.

– Надеюсь, теперь вы нам доверяете, господин Тайлер?

– Да, – кивнул Генсер. – Хотя до сих пор не верю, что мой сын здоров. Мне всегда говорили, что это невозможно, и максимум, что можно сделать, это лишь частично снять паралич рук. А тут…

– Я же говорила, что для нашей медицины это не проблема.

– Но как такое возможно? – Тайлер нервно прошелся по комнате. – Ваша планета находится на окраине Анклава, вы же маленький отсталый мирок.

– Вы сами-то себе верите? – усмехнулась Ирина.

– Нет… Но почему такие технологии не используются в Альянсе?

– Ну, этот вопрос не по адресу, – пожала плечами та. – Спросите у кого-нибудь там.

Они помолчали. Тайлер размышлял о превратностях судьбы, приведшей его на эту окраинную планету, которая оказалась местом спасения его единственного сына. Ирина думала о чем-то своем, глядя сквозь большое окно на высыпавшие на небе звезды.

– Так что вы от меня хотели? – наконец прервал затянувшееся молчание охотник. – Еще какие-то указания?

– Нет, – Ирина покачала головой и, расстегнув сумочку, достала из нее небольшую синюю папку.

– Что это?

– Ваше гражданство, – Ирина поднялась из кресла. – Вы теперь работаете на нас и рискуете ради нас, так что мы решили дать вам выбор. Все документы готовы, осталось поставить вашу подпись. Удачи вам, господин Тайлер.

Она положила папку на стеклянный столик возле кресла и вышла из комнаты.

Дни летели за днями. Уже подходил к концу октябрь, и Лаймалин сама не заметила, как постепенно стала совершенно своей среди друзей Кирилла. Впервые за долгие годы ей не было одиноко. Окончив тренировки кадетов, она сбрасывала форму и спешила на встречу со своими друзьями. Больше всего она сдружились с Аирой, наверное, тут все же сказалась некая общность культур, хотя и с другими девушками у нее установились прекрасные отношения. А вот Рен несколько пострадал от этой дружбы. Привыкший, что Аира постоянно находится рядом с ним, он вынужден был теперь часть времени проводить без нее, коротая его вместе с Антоном и жалуясь на непонятную женскую солидарность.

А вот ее внимание к Киру скрыть не удалось. Гера оказалась слишком наблюдательной, впрочем, как и Аира. К удивлению Лайм, подруга Кира ничуть ее не ревновала, наоборот, постоянно подшучивала над парнем на эту тему, заставляя Кира краснеть и злиться. А вот Минако это явно несколько напрягало, и однажды она вызвала-таки Лайм на откровенный разговор. После того как Кир и Эрика отправились в спортзал, она выпроводила Рена из казармы, отправив за мороженым, и, усевшись напротив Лайм, спросила:

– Ну и что, подруга, будешь делать?

Лайм непонимающе посмотрела на нее, затем отвела глаза и пожала плечами.

– Лайм, парень и так запутался. Я не сказала бы, что у него с Герой какая-то сумасшедшая любовь, но эта девочка знает, чего хочет, и крепко держит его в своих коготках.

– Что же мне делать? – Лайм вздохнула. – Я боюсь своих чувств, но Кир чем-то притягивает меня… Не знаю… Я постоянно говорю себе, что у него уже есть девушка, и все равно ищу с ним встречи. А встретившись, начинаю вести себя как последняя идиотка…

– Да уж, – усмехнулась Минако. – Цапаетесь вы регулярно. И почти все уже поняли, как ты к нему относишься, пожалуй, кроме самого Кира и моего твердолобого друга.

– Это так заметно?

– Заметно, – кивнула Аира. – Хотя надо признать, что первой это почувствовала Гера. Она вообще очень тонко чувствует все, что связано с Кириллом.

– Это я уже поняла. В последнее время она стала на меня смотреть несколько искоса…

– Я с ней поговорю на эту тему, тем более Кира это сильно задевает. Гера может переборщить, а разрыва с Киром она не переживет, ведь ты знаешь их историю?

– Да, мне Антон рассказал. Он очень беспокоится о своей сестре.

– Мы все за нее беспокоимся.

– Я поняла, – Лиа опустила голову. – Но я ни на что и не претендую, просто…

– Просто ты влюбилась, – усмехнулась Минако.

После этого разговора прошел почти месяц. Лайм старалась несколько отстраниться от Кира, но это ей не всегда удавалось. К тому же Лунин прикрепил ее к парню в качестве персонального инструктора, ибо успехи Кирилла в освоении пилотирования были просто феноменальны. Пока остальные кадеты группы, пересев с тренажеров на настоящие корабли, осваивали взлет, посадку и первые фигуры пилотажа, Кирилл уже выкручивал такие кренделя в воздухе, что Лунин только что за сердце не хватался. Лайм даже несколько завидовала способностям парня, но не признать их не могла. Так что, несмотря на все свои усилия, девушка была вынуждена проводить с Кириллом большую часть дня, и если внешне она старалась держать себя с ним так же, как и со всеми, то душа ее просто пела от радости. И хотя Кир не выказывал никаких ответных чувств, а при виде его, обнимающего и целующего Геру, у Лайм ревниво сжималось сердце, все равно она была по-настоящему счастлива.