— Нет. Даже не собираюсь. Мне это не нужно.

— Я думал, тебе понравились эти ощущения.

Призрачное воспоминание о силе всплыло в моей памяти, и я сглотнула, желая, чтобы оно пропало.

— Прощай, Дориан.

Я снова повернулась, но он схватил меня за плечо, притянул к себе и стал целовать. Наверное, стоило дать ему пощечину, но этот поцелуй был шедевральным, как и все предыдущие. Я чувствовала его тело, прижимающееся к моему, и вспомнила о той нашей ночи. Тогда он довел меня до такого животного состояния, на которое, казалось, я не способна.

— Это был наш последний поцелуй, — предупредила я его, когда он оторвался от моих губ.

Он понимающе улыбнулся. Судя по его взгляду, Дориан перелистывал свои собственные воспоминания о той ночи.

«Так я тебе и поверю!»

Я оставила его и вернулась в свой мир.

Кийо, как я и предполагала, разыскал меня через несколько дней. Я была в отлучке, занималась делами, вернулась и увидела его, сидящего у моей двери, разумеется, в человеческом обличье. Он был одет в белую рубашку, тщательно заправленную в штаны защитного цвета. Черные волосы убраны с лица, темные глаза, как и прежде, подернуты чувственной дымкой. Он выглядел прекрасно, совершенно здоровым. Как и Дориан, Кийо воспользовался благами целительной магии джентри, причем получил самые ее сливки. Пока он выздоравливал, за ним ухаживала Майвенн.

— Заходи, — пригласила я, отпирая дверь.

Он молча вошел. Я выложила ключи и бумажник, предложила ему чаю со льдом, потом села с ним на диван, желая рассказать так много, но не зная, с чего начать.

— Ты выглядишь куда лучше, чем в прошлый раз, — сказала я наконец.

Его зубы сверкнули в чудесной улыбке.

— Добиться этого было нетрудно.

Я отвела взгляд.

— Майвенн постаралась на славу.

Я почувствовала, как Кийо протянул руку и повернул меня лицом к себе. Прикосновение его пальцев было, как и прежде, теплым и электризующим.

— Насколько я слышал, за это мне надо благодарить скорее тебя, нежели ее.

— Я не так уж много сделала.

Кийо прищелкнул языком.

— Честность, Эжени!

— Ладно, это был ужас. Полный ужас. Но я готова сделать все еще раз.

— Ты сумасшедшая, удивительная женщина. Я вечно буду в долгу у тебя.

— Ничего ты мне не должен, — возразила я. — С чего вообще ты это взял?

— Я этого не заслуживал. После того, что…

— Нет. Забудь. Я… мне не следовало так беситься из–за того, что произошло еще до нашей встречи.

Я не стала добавлять, что не сразу поняла, как опасны бывают отдельные обрывки информации. Скажем, откровения о сексе со связыванием, которым я занималась с королем джентри.

— Все же я должен был сказать тебе.

— Да, — согласилась я. — Должен был. Но все позади. Я переживу это.

Кийо обхватил меня рукой так, как мог только он один.

— О чем это ты?

— Ты знаешь, о чем я. Между нами слишком много всего… Я не готова все бросить.

Он притянул меня ближе, и его голос еле заметно дрогнул:

— Боже ты мой, Эжени. Как же я скучал по тебе. Ты — словно часть меня самого.

— Я знаю.

Мы еще мгновение тихо обнимали друг друга, но тут я услышала, как Кийо осторожно, взвешенно произнес:

— Я слышал, ты теперь королева.

— Говорят, да.

— А что ты чувствуешь?

— Попробуй догадаться.

— Дориан не имел права так поступать, — прорычал Кийо.

— Хорошо, что не одна я так считаю! Я уже поругалась с ним из–за этого. Он не видит в этом ничего дурного, более того, думает, что мне нужно и дальше заниматься магией.

Рука Кийо, поглаживавшая мое лицо, замерла. Он слегка отодвинулся, чтобы взглянуть мне в глаза.

— Эта идея еще хуже. Ты же не собираешься это делать, правда? Ты уже получила от него все, что хотела, так?

— Так.

Он ощутимо расслабился, снова дотронулся до моей щеки с чувственной истомой.

— Мы справимся с этим твоим новым титулом. Я не позволю, чтобы с тобой что–нибудь произошло.

— Ну вот, ты снова в образе мачо, моего защитника! Кто кого вернул из Царства Мертвых?

— Справедливо.

Тут я озвучила нечто такое, о чем думала уже некоторое время.

— Как ты вообще узнал, что я пошла к Эзону? Околачивался поблизости и караулил меня там?

Глаза Кийо сощурились, стали обольстительно озорными. Он передвинул руки на мою спину и провел пальцами по следам царапин, все еще не зажившим.

— Я всегда найду тебя, где бы ты ни была.

Я поняла, что совершенно забыла про них, и застонала.

— Ничего, в один прекрасный день эти проклятые шрамы заживут.