— Не хочу! — Меня передернуло, когда я вспомнила эту чудовищную тьму и убийственные молнии.

Я с неохотой вспомнила и слова Волузиана о том, что стоит мне только овладеть магией, и она защитит меня и тех, кого я люблю.

Я нервно посмотрела на Майвенн и возненавидела себя за то, что сказала:

— Но я не хочу больше никому причитать вред. Вы можете научить меня использовать ее или, по крайней мере, контролировать?

Глаза Кийо расширились.

— Эжени, нет!

— А что, по–твоему, мне еще делать? — с вызовом спросила я.

Выражение его лица отразило все чувства, прятавшиеся во мне.

— Я совершенно не хочу этого. Но ты сам видел, что произошло. Я разнесла свой дом, что еще страшнее, чуть не убила собственную мать да и себя.

Он вздохнул, но спорить не стал.

Майвенн спокойно посмотрела на него.

— Она права.

— Знаю. Но мне это не нравится.

— Я не уверена, смогу ли обучить тебя, — проворковала она, снова поворачиваясь ко мне. — Твоя магия, магия бури, очень вещественная. Это сила, обращенная вовне. Целительство — сила, направленная внутрь, не столь агрессивная. Некоторые основы у них общие, но нам все же стоило бы подыскать тебе учителя со схожими способностями.

«Вроде того, кто может призывать комья земли и разносить по камушкам замки, — подумала я. — Может, мы с Кийо и друзья, но я стопроцентно знаю, что ему не понравится идея моего сближения с Дорианом».

— Кийо говорит, что ты противница идеи вторжения и не являешься сторонницей короля Бурь.

— Да. Отчасти по этой самой причине я и хотела встретиться с тобой. Я счастлива, что сегодня ты выжила, Эжени Маркхэм, но риск исполнения пророчества действительно тревожит меня. Я много лет верила в то, что у короля Бурь не осталось потомков. Твое существование порождает всевозможные сложности.

Тут до меня дошло, что, видимо, умри я сегодня, и Майвенн спалось бы куда крепче.

— Так это правда? — спросила она. — Ты не собираешься исполнять пророчество?

— Конечно нет.

— Отказаться от подобной силы не просто. Ведь даже сейчас ты примеряешь ее к себе.

— Это неизбежно. Но магия мне не нужна. Да и вообще, при чем тут моя сила? Речь идет о том, чтобы сохранить мой мир в неприкосновенности. Вы забываете, что еще несколько недель назад я и понятия не имела обо всем этом. В большинстве аспектов, если не говорить о вызванной буре, я по–прежнему считаю себя человеком, поэтому не собираюсь позволить чьей–либо армии покорить и уничтожить мой народ.

— Вот видишь, — сказал Кийо. — Я же тебе говорил.

Я по–прежнему читала сомнение в лице Майвенн.

— Я ни в коей мере не собираюсь ускорять пришествие какой–то жуткой эры правления джентри и более чем уверена в том, что не желаю стать безвольной игрушкой в постели кого–либо из них. Если даже случится худшее. — Я содрогнулась, вспомнив близость элементала. — Что ж, существуют способы избежать беременности. — Посвящать Майвенн в подробности мне не хотелось. — Надеюсь, мне удастся быть недосягаемой для всех них.

Недоверие Майвенн сменилось сочувствием.

— Да. Очень жаль, что вам приходится такое переживать. Это просто отвратительно. Честно говоря, я даже не могу этого представить. Вы превзошли свою репутацию бесстрашной женщины. Я бы не смогла сражаться так отважно.

Я снова подумала о том ужасе, который переполнял меня, когда я оказалась в ловушке элементала. Слезы. Отчаяние. Вот уж не знаю, насколько я храбрая, на самом–то деле.

Пока Майвенн была погружена в свои мысли, Кийо встретился со мной взглядом, и показалось, что он в какой–то степени уловил мои эмоции. Его лицо светилось любовью, я уже окуналась в нее.

Но все пропало, когда за пределами комнаты раздался громкий голос:

— Какого хрена тут произошло? Мне же это ни в жизнь не разгрести!

Кийо выпрямился, насторожился, но я его успокоила:

— Не волнуйся. Это всего лишь сосед.

Естественно, Тим ворвался, преисполненный праведного гнева. На нем были штаны из оленьей кожи и такая же куртка, наброшенная на голое тело. В черных волосах торчали перья, на шее болтались бусы.

Стоило ему только увидеть меня, как лицо его вытянулось.

— Боже, Эж, ты в порядке?

Я уже хотела было сказать про «того парня», но ради краткости ограничилась одним «нормально». Он ткнул пальцем себе за спину.

— Там комната в руинах.

— Я в курсе. Не переживай. Я все уберу.

— Что произошло?

— Тебе лучше не знать. Тим, это Кийо и Майвенн.

Тим вернулся в образ и поднял руку в приветственном жесте типа «хау, бледнолицый».

— Я Тимоти Огненный Скакун. Пусть Великий Дух благоволит тебе.

Последние слова явно предназначались Майвенн. Она вежливо улыбнулась. Кийо явно колебался на грани веселья и отвращения.