— Так у тебя был хороший и смелый день, дочь?

— Д-действительно, сударыня. — Эллиана судорожно вздохнула. — Я хотела вернуться домой к главной трапезе, но время… время бежало так незаметно…

— И твой друг, насколько я поняла, был настолько добр, что проводил тебя до калитки. Разве ты не могла предложить ему гостеприимство нашего дома, дитя?

— Ран Элд… — Она с трудом сглотнула. — Ран Элд не любит разведчиков, сударыня. И к тому же мой… друг сам сказал, что проявил бы ужасную невоспитанность, если бы перебудил моих домашних в такой час.

— Очень мило с его стороны, — одобрительно сказала Байрин Кэйлон. — Однако тебе следует в ближайшее время пригласить его на чай, чтобы я могла поблагодарить его за заботу о тебе. — Она нахмурилась, заметив, как вздрогнула Эллиана. — Тебя — и твоего друга — не должно тревожить то, как Ран Элд считает нужным относиться в разведчикам.

«О Боги! А если Мицел выскажет порицание Ран Элду за то, что сегодня случилось…» Она снова сглотнула и наклонила голову.

— Я благодарю вас, сударыня.

Они поравнялись с дверью Эллианы. Байрин Кэйлон улыбнулась, похлопала дочь по плечу и только потом ее отпустила.

— Не за что, дитя. Интересно, как зовут твоего друга?

— Даав, — прошептала Эллиана — и у нее сорвался голос. Она кашлянула и посмотрела матери в глаза. — Его зовут Даав.

Если Глава Мицела и нашла странным отсутствие фамилии и клана, то она предпочла об этом не упоминать.

— Понятно. Неплохое имя. Приятных тебе снов, дочь. Она повернулась и направилась обратно по коридору, к своим апартаментам.

Дрожа всем телом, Эллиана нырнула к себе.

— Ну и где ты был?

В голосе Жона звучало веселое раздражение. Даав продолжил путь к столу, где налил себе чашку безжалостно черного чая.

— В Чонселте, — ответил он и с содроганием вылил себе в горло смертоносный напиток.

— В Чонселте, вот как? Полагаю, это ответит на вопрос о том, где сейчас находится пилот Кэйлон. — Жон подошел к нему и забрался на свой зеленый табурет. — Я просмотрел запись.

Даав мужественно допил остаток чая и поставил кружку в мойку.

— Вот как. И каковы твои рекомендации?

— Она ведет корабль на уверенном уровне второго класса — о чем все мы знаем. На основе вчерашнего приключения (если не учитывать мое мнение, что ведущий обучение мастер движется слишком быстро) я чувствую соблазн выписать условную лицензию первого класса.

— Если бы речь шла только о работе с пультом управления, я бы с тобой согласился, — сказал Даав, усаживаясь и упираясь ногой в перекладину табуретки. — Однако есть вещи, о которых она очень мало знает.

— И о которых ей следовало бы знать много, если она намерена отправиться на просторы вселенной. — Жон вздохнул. — Увы, это так. Значит, пусть будет второй класс. Ты подпишешь?

— Ты, если не возражаешь.

— Ха! Она уже знает, кто ты?

Даав выгнул бровь.

— Она не знает моей фамилии и моего Клана.

— Отговорка, достойная лиадийца! Я подыграю тебе, покуда это не будет ей во вред.

— А как я могу причинить ей вред, хотел бы я знать? Вопрос был обманчиво спокойным.

— Тише! — Жон вскинул руки в древнем знаке мирных намерений. — Тише, дитя: я не имел в виду никаких обид. Прости старику его беспардонность.

Даав вдруг заметил, как напряглось все его тело — и как сжалась в кулак рука на колене. Он закрыл глаза, мысленно прошел по Радуге разведчиков и почувствовал, как напряжение уходит. Открыв глаза, он послал Жону улыбку.

— Скорее это ты должен простить молодому человеку не меньшую беспардонность — а также усталость. — Он продемонстрировал пустую ладонь. — Я желаю ей только добра. Если она научится дружеским отношениям от Даава, который работает в «Бинджали», — что в этом может быть плохого?

— Хорошо, — сказал Жон, опуская руки. — Отправляйся спать, и больше мы об этом говорить не будем.

— Еще минуту. — Даав поерзал на табуретке и бросил на Жона быстрый взгляд. — Рассвет принесет тебе редкую радость, мастер.

Жон вздохнул.

— Что еще?

— Пару юнцов, паренька и девицу. Они утверждают, что не принадлежат ни к какому клану.

— Сбываешь мне своих несчастненьких, капитан?

— Нисколько, — сурово заявил Даав. — Они принадлежат пилоту Кэйлон.

— Ах, да неужели? И что я, по мнению пилота Кэйлон, должен с ними делать?