— Для детей, — поправила его она. — Могли остаться с того времени, когда Гренник — мой сын — был маленький. А что?

— Для Мири, — сказал он. — Учить слова.

— Книги помогут ей учить слова? — переспросила она. — Но у тебя так хорошо получается!

— Для Мири, фру Трелу, — в третий раз сказал ей Кори.

Она вздохнула:

— Ты — терпеливый мальчик. Хорошо, я схожу и посмотрю, остались ли у меня старые книги Гренника.

Он вопросительно наклонил голову:

— Скоро, фру Трелу?

— Ну, знаешь… — возмутилась она, уставившись на него.

Он встретил ее взгляд совершенно спокойно. Его зеленые глаза были ясными и бездонными.

Спустя секунду фру Трелу вздохнула и с трудом встала с кресла.

— Хорошо, Кори, — сказала она довольно кисло. — Скоро.

После ужина фру Трелу предоставила им двоим убираться на кухне, а сама пошла на чердак разыскивать старую коллекцию детских книг Гренника. Поднимаясь по узкой лестнице, она громко ворчала.

Мири налила воды в мойку и начала мыть посуду, а Вал Кон убрал со стола. Повернув к нему голову, она улыбнулась.

— Мне лучше, — сказала она.

Это было не совсем ложью. Ей действительно стало лучше — чуть-чуть. Головная боль прошла, но она все равно дергалась, словно оставшийся без кинака наемник.

Вал Кон закончил вытирать стакан и отставил его в сторону.

— Когда мы с этим закончим, то, если хочешь, я могу показать тебе способ сделать жизнь здесь… легче.

Мири посмотрела на него с сомнением: она не была уверена в том, что именно сейчас ей следует учить еще что-то новое. Поймав ее взгляд, Вал Кон наклонил голову.

— Я обещаю не устраивать тебе головной боли, — серьезно пообещал он.

Мири слабо улыбнулась:

— Ладно, чем черт не шутит. Дрррррынь!

Мири стремительно обернулась, готовая к атаке, — и уставилась на черную коробочку на противоположной стене. До этой минуты она все время молчала.

Резкий звук повторился. Вал Кон приложил к ней руку, а потом снял верхнюю часть и поднес к уху.

— Дом фру Трелу, — тщательно выговорил он на бенском. Последовала пауза, наполненная потрескиванием, а потом заговорил женский голос, пронзительный и изумленный:

— Что? Кто это? Где Эстра?

Вал Кон тихо вздохнул.

— Дом фру Трелу, — четко повторил он. — Кори. Чердак.

Аппарат снова замолчал, и Вал Кон повернулся к Мири, застывшей у мойки. Он наморщил нос, заставив ее рассмеяться — а потом голос из телефона разразился новой серией вопросов:

— Кори? Что ты там делаешь, Кори? Откуда ты?

Изумление сменилось жадным любопытством. «Сплетница», — мрачно решил Вал Кон, подавив еще один вздох.

— Работать. Дом. Кто это?

— Что?! — ахнула звонившая. Но она явно не ожидала ответа, потому что сразу же добавила: — Это Атна Бригсби. Скажи Эстре, что я у телефона и хочу немедленно с ней поговорить!

— Стой, — сказал, он, словно она была Боррилом, и оставил трубку болтаться на шнуре.

Он не спеша прошел по длинному коридору, поднялся по лестнице на второй этаж, а оттуда прошел к чердачной лестнице.

— Фру Трелу!

Наверху что-то упало и зашуршало.

— Что такое?

— Атна Бригсби на телефоне говорить с вами немедленно.

— Ветер забери эту женщину! — проворчала фру Трелу, и Вал Кон ухмыльнулся. — Скажи ей, чтобы подождала, Кори. Я скоро приду.

— Да.

И он бесшумно исчез, снова спустившись по лестнице и пройдя на кухню.

— Ждать, — сказал он Атне Бригсби. — Фру Трелу скоро здесь.

Не дожидаясь ответа, он снова оставил трубку болтаться и, взяв полотенце, принялся вытирать гору чистой посуды, которую успела перемыть Мири.

К тому времени как фру Трелу вернулась к болтающейся трубке, аппарат возмущенно вопил, чего двое усердных работников у мойки словно и не слышали.

— Молодой человек? Молодой человек! Возьмите трубку, молодой человек! Что вы себе…

— Алло, Атна, — сказала фру Трелу, не удержавшись, чтобы не ухмыльнуться Кори, который выгнул бровь и продолжил вытирать посуду.

— Эстра? Ох, ну, слава богу! Я пришла в ужас. Этот невежа… Кто он такой, Эстра? Я, конечно, спросила…

«Не сомневаюсь», — подумала фру Трелу.

— Кори и его фру помогают мне на ферме. Ты ведь знаешь, в последние пару зим я уже боялась, как бы тут все не рухнуло. Я решила, что стоит все привести в порядок и, может быть, весной продать.

Она замолчала, удивившись собственным словам.

— Ну, это было бы чудесно для тебя, дорогая, — сказала Атна Бригсби. — Я знаю, как тяжело тебе было содержать все в порядке после того, как не стало бедного Джеррела…