— Ее привозят на поезде. Королевский голос бывает на всех важных событиях. Если Хакан с Кори победят на конкурсе, то их могут передать по радио на весь Бентрил!

— А электричество? — осведомилась Мири. — Я не вижу проводов!

Кем удивленно посмотрела на нее:

— Не знаю. Наверное, для электричества используют поезд.

— Правда? — сказала Мири и решительно направилась туда. Удивленная Кем секунду смотрела ей вслед, а потом пошла за ней, надеясь, что ее подруга не сделает никаких необдуманных поступков.

* * *

Вал Кон и Мири тихо попрощались с Хаканом, стараясь не потревожить Кем, заснувшую у него на плече.

— Веди машину хорошо, мой друг, — сказал Вал Кон.

Хакан ухмыльнулся:

— Не беспокойся. — Его улыбка стала шире. — А до чего ж мы здорово играли!

Вал Кон мягко засмеялся:

— Да, Хакан. Будь осторожен. Спи спокойно. Доброй ночи.

Они стояли на крыльце и махали руками, пока задние фонари не скрылись за поворотом дороги, а потом тихо вошли в дом, бесшумно пройдя по темному коридору и лестнице. Фру Трелу ушла с ярмарки вскоре после первого выступления Хакана и Кори, сказавшись усталой. Было бы крайне неразумно будить ее в столь поздний час.

Мири с глубоким вздохом улеглась на кровать. Вал Кон присел рядом на краешке. Глаза его улыбались.

— Хорошо провела время, шатрез?

— Чудесно. И эта штука будет еще неделю? Я так разбалуюсь, что уже не смогу работать!

Он смеялся. Она прищелкнула пальцами, села и запустила руку в глубокий карман.

— Чуть не забыла, босс. У меня… — Она замялась, неожиданно смутившись. — У меня для тебя подарок.

— Подарок? Интересно, а он не взорвется? Ты поэтому села так далеко от меня?

Она улыбнулась, придвинулась ближе, так что их бедра соприкоснулись, и вручила ему синюю бархатную коробочку.

Он повернул ее в своих изящных пальцах, нашел защелку и открыл крышечку. Пристально наблюдавшая за ним Мири увидела, как на его лице выражение радостного ожидания сменилось открытым восторгом.

— Джилиата, — пробормотал он, склоняясь над серебряным драконом на черной тесьме. — Я тебя приветствую. — Он поднял на нее горящие зеленые глаза. — Лизамиа кешок, шатрез.

Она улыбнулась и ответила на еще не обретшим беглость низком лиадийском:

— На здоровье, Вал Кон — муж. Мне радостно доставлять тебе радость.

Он рассмеялся и крепко ее обнял.

— Произнесено с солсинтрийским выговором! — Он протянул коробочку ей. — Ты его наденешь?

Она вынула подвеску из гнезда, расправила мягкую тесьму пальцами и надела ему на шею, закрепив сложную застежку.

— Вот так.

Он поднял голову, а потом выгнул бровь, заметив странное выражение ее лица.

— Что-то не так?

— Нет. — Она прикоснулась к его лицу, и ее пальцы порхнули по его щеке, лбу и губам. — Все так. — Она ухмыльнулась. — Я просто опьянела. Он пунша. И от ярмарки. Боги.

Наступило короткое молчание. Ее рука опустилась, и она немного отодвинулась, вспомнив вопрос, который встал перед ней утром.

— Мы теперь богатые, босс?

Он весело рассмеялся:

— Мы уже довольно давно богатые, ты и я. А сегодня нам просто дали сколько-то денег.

Теперь наступила ее очередь смеяться. Она нежно сжала его пальцы.

— Мы выбрались оттуда довольно поздно. Я все собиралась тебя спросить — тебе сказали о станции?

— О станции? — Он сдвинул брови. — Ветрового поезда?

— Не-а. О той, которую называют Королевским голосом. О радиостанции.

Он сощурил глаза:

— А! Вот оно что! А я решил, что Королевский голос — это что-то вроде Королевских глаз. Какой-нибудь представитель власти.

Мири покачала головой:

— Нет. Это передвижная радиостанция, с антенной, со всем, что нужно. Ездит по всей стране. Использует генератор с одного из поездов.

— Мне надо ее посмотреть. — Через картинку у себя в голове она ощутила почти что жажду. — Мне надо увидеть этот передатчик!

Она кивнула и снова засунула руку в карман юбки.

— Я так и решила, что ты захочешь. Вот: четыре пропуска, особое одолжение для героев. Пришлось долго уговаривать. Думала, Кем от меня отречется.

Вал Кон крепко ее обнял:

— Мири, Мири! Все идет как надо! Скоро мы уедем в Лаксако — город, где привыкли к летающим машинам и есть радиофабрики. Наверное, мы скоро отправимся домой — или хотя бы наладим связь.

— Обещай мне одну вещь, — серьезно попросила она.

Он чуть отстранился.