– Будет сделано. На Андерля можешь смело положиться!..

Шеф только улыбнулся, но с тех пор новичок получил прозвище «Андерль», совершенно вытеснившее его настоящее имя.

Гардт скоро понял, что этот грубоватый, искренней, неотесанный парень способнее иных инженеров, и привлек его к секретным работам своей опытной мастерской. Тут-то и оказалось, что Андерль умеет не только прекрасно работать, но и молчать, как мертвый глухонемой.

Понемногу он стал самый доверенным лицом у главного конструктора Ганса Гардта. Отсюда и пошла слава Андерля.

По неизвестной причине произошел однажды взрыв в мастерской. За несколько секунд все здание было охвачено пламенем. Андерль и два его товарища успели спастись, но Ганс Гардт исчез. Как разъяренный бык, бросился Андерль в огонь.

– Гардт торчит в аккумуляторном, – зарычал он, бросился бежать и с такой силой вышиб дверь, что щепки разлетелись во все стороны. Гардт, оглушенный дымом и газами, выделяющимися из аккумуляторов, лежал без сознания у батареи.

Андерль схватил этого крупного человека и взвалил его на плечи с такой легкостью и проворством, словно это была кукла. Он помчался с ношей через пылающие балки и рушащиеся стены на двор. Одежда на них горела, но Андерль ни на что не обращал внимания. С Гардтом на спине пустился он бегом к озеру и вместе с живой ношей бросился в воду.

Гардт много дней был между жизнью и смертью. Андерль также получил сильные ожоги, но он согласился только на перевязки и ни на минуту не отходил от постели своего больного начальника. Когда Гардт пришел в себя и узнал, кто его спас от смерти, он схватил обеими руками руку Андерля и сказал ему:

– Никогда я этого не забуду, Андерль, так и знай.

Гигант Андерль плакал от радости, что главный конструктор обратился к нему на «ты».

С тех пор Андерль стал тенью Гардта и незаменимым его помощником. Ассистент, искусный механик, доверенный друг – все соединялось в Андерле. Он был единственным человеком в мире, который был точно осведомлен о грандиозных тайнах и замыслах Ганса Гардта.

Два человека, очутившиеся вечером на моторной лодке, внимательно прислушивались. Где-то шумел пароход, сигналили моторные лодки; с берега доносились звуки мчащегося курьерского поезда.

Андерль обратился к товарищу:

– Ты что-нибудь слышишь?

Тот отрицательно покачал головой.

– А мне показалось, что... Вот, я снова слышу...

Откуда-то издалека доносились глухие, еле слышные звуки, словно по ту сторону гор начинала разыгрываться гроза. Шум продолжался всего секунды три, затем все опять замерло.

– Звуки мне знакомы, – сказал Андерль, и его широкое лицо засияло от радости. – Это он! Он уже проник в атмосферу, иначе мы не услышали бы этих взрывов. Скоро он будет здесь.

Прошло еще пять минут. Звуки не повторялись.

– Ты ошибся, Андерль, – заметил моторист.

– Чепуха! Посмотри-ка...

Высоко на небе засверкала слабая звездочка, погасла и опять замерцала.

– Знаки Морзе. Неужели ты думаешь, что ангелы на небе знают азбуку Морзе? Это – Гардт. Дай ход, иначе опоздаем.

Мотор заработал, и нос лодки стремительно прорезал водную поверхность.

На верфи начали действовать прожекторы; лучи их, точно светящиеся пальцы, нащупывали потемневшее небо. Самолет ярко осветился, попав в поле действия прожектора.

– Еще не скоро он появится здесь, – крикнул инженер, управлявший прожекторами.

– Да, – согласился Андерль, – ему надо еще изрядно полетать.

Точка на небе описала четыре больших круга над озером и при каждом круге спускалась все ниже и ниже, а затем двинулась далеко к северу и на короткое время исчезла.

– Машина должна еще побороться с противодействием воздуха, – сказал Андерль.

Когда машина вновь показалась, она находилась на расстоянии около двухсот метров над землей. С шумом метнулась она вниз. Целый фонтан вспенился, когда самолет коснулся поверхности воды. Противодействие воды быстро поглотило скорость машины, и она, наконец, остановилась.

Гигантская металлическая птица, словно призрак, светилась в ярких лучах прожекторов. К таинственной машине прежде всего приблизилась лодка Андерля.

Точно крыша, распростерлись над Андерлем и над его лодкой крылья летательного аппарата. Быстро взобрался Андерль по лестнице на гладкий корпус машины и через круглое, сильно увеличивающее стекло окошка заглянул внутрь герметически закрытой маленькой кабины капитана.

При свете электрической лампочки сидел тот, в котором едва можно было узнать Ганса Гардта из-за толстого кожаного шлема, покрывавшего его голову.

Андерль, прекрасно знакомый с конструкцией машины, повернул клапан. Со свистом устремился воздух из кабины, пока внешнее и внутреннее давления не выравнялись. Изнутри открылся люк.