Лизи удивилась, так как ожидала увидеть своих родителей. Он держал сумку, в которой, очевидно, были подарки к Рождеству.

Лизи улыбнулась. Ей всегда очень нравился Рори. Он был таким остроумным и таким очаровательным, не говоря о его красоте. Она не видела его с прошлого лета, когда он бьш подавлен из-за ее ужасной лжи. Но с тех пор изменилось так много. Лизи была действительно рада видеть его и прошла вперед, надеясь, что он простил ее и они могут забыть о прошлом.

— Рори! Как чудесно видеть тебя… С Рождеством, — мягко произнесла она.

Рори положил сумку и поклонился:

— Привет, Лизи. — Он выпрямился и окинул ее взглядом, не улыбаясь. — Давно не виделись. С Рождеством.

И в его глазах был невысказанный вопрос, который Лизи поняла. Он сожалел об их ссоре так же, как и она. Она облегченно улыбнулась:

— Спасибо, что навестил.

Он улыбнулся в ответ:

— Как я мог не навестить моих любимых родственников?

— О, ты по-прежнему самый галантный джентльмен!

И, взяв его руки в свои, она рассмеялась. Звук ее удивил, и она поняла, что в первый раз смеется искренне с тех пор, как покинула Ирландию.

Но он больше не смотрел на нее и смотрел куда-то за спину Лизи.

— Я очень надеюсь, что это значит, что ты скучала по мне, — пробормотал он.

Лизи оглянулась, не отпуская его рук. В дверях стояли Элеонор и Джорджи. Элеонор сияла от восторга видеть своего племянника. Лизи отвернулась, прижав его к себе, ощущая на себе напряженный взгляд сестры.

— Ты останешься на ужин, — предупредила она.

Он рассмеялся:

— Посмотрим. Привет, тетушка. Я получу от вас такое же жизнерадостное приветствие, какое получил от Лизи?

Он посмотрел на Джорджи.

Лизи также посмотрела на Джорджи, и ей было приятно видеть, что Джорджи никогда не выглядела лучше. На ней было классическое небесно-голубое платье, вокруг талии завязан фартук. Ее длинные светлые волосы распустились днем, когда она решила сама принести лестницу, чтобы украсить гостиную. И сейчас они обрамляли ее лицо и падали на плечи. Хотя и растрепанная, Джорджи была красивой женщиной. И она стала еще красивее, подумала Лизи, потому что покраснела.

Элеонор ругала племянника за долгое отсутствие.

— Сколько же времени прошло! Каким ты стал нерадивым родственником! — выговаривала она, но улыбалась.

Он поклонился:

— Тетушка, мои самые искренние извинения, — и, выпрямляясь, кивнул Джорджи, также слегка покраснев. — Мисс Фицджеральд.

Джорджи отвела взгляд, сделав реверанс:

— Мистер Макбейн.

Он быстро отвел взгляд и улыбнулся Лизи с Элеонор:

— Я с радостью останусь на ужин, пока не надоем.

— Ты не надоедаешь, правда, Элеонор? — быстро сказала Лизи.

Элеонор бросила на нее взгляд.

— Ты шельмец! — воскликнула она наконец, целуя его в щеку. — Нам уже давно нужно оживление в этом доме. Тебе потребовалось много времени, чтобы найти нас?

Рори улыбнулся ей:

— Я был занят, тетушка, разными делами.

— И я боюсь спрашивать, что это могут быть за дела. Надеюсь, ты говоришь о бизнесе?

— Конечно, — рассмеялся он.

Он подмигнул Лизи, и она поняла, что он имеет в виду страстную любовную интрижку.

Элеонор обняла его и повела в гостиную.

— Девочки ждут своих родителей, и это будет праздничный ужин. Ты останешься.

Это был не вопрос.

Он тихо рассмеялся, пробормотав:

— Я тоже скучал по вас, тетушка.

За его спиной Джорджи с волнением посмотрела на Лизи. Когда парочка вошла в гостиную, она приблизилась к ней.

— Зачем ты пригласила его остаться на ужин? — приглушенным голосом воскликнула Джорджи. Она казалась в смятении. — Я отвратительно выгляжу!

Лизи улыбнулась ей:

— Ты переоденешься до ужина. Неужели ты не можешь попробовать насладиться его компанией? У нас не было интересных гостей со дня нашего приезда — друзья Элеонор старые и скучные! Он наш кузен и мой друг.

Джорджи схватила ее за руку:

— Ты разве не помнишь последний раз, когда мы его видели? Он был в бешенстве от нас обеих!

— Рори точно не в бешенстве от нас сейчас.

Джорджи обхватила себя руками:

— Он постоянно флиртует! Я не могу наслаждаться его компанией, так как знаю, что он наглец!

Лизи было весело.

— Ты совсем не знаешь его. Он не наглец. Его больше интересует политика, чем женщины. Знаешь, у вас есть что-то общее…

— У нас нет ничего общего! — пылко воскликнула Джорджи, еще сильнее краснея. — Совсем ничего — я в этом уверена!