— Это легко осуществимо. Прошу, — Ираклия махнула своей изящной рукой в сторону тёмного проёма с начертанными символами. — Мы ничего не нашли, поскольку там ничего нет.

— Правда? Что же, в таком случае ты, должно быть, страстно хочешь назад к своим алтарям. Возвращайся. Просто оставь мне своих пленников, поскольку они, конечно же, тебе незачем, и мы еще поизучаем это любопытное место.

— Думаю, не стоит. Возвращайся в Соссал, выполняй задание и довольствуйся грабежом и пиршеством из людской плоти, доставшимся тебе в процессе. Иначе я уничтожу вас всех до единого.

Драколич засмеялся.

— Пустая угроза, по меньшей мере.

— Вряд ли, — сказала Ираклия. — Разве вы, белые и серые драконы, не осознаёте свою природу? Вы — существа, порождённые холодом. Он вдохновляет и поддерживает вас, а богиня, которая дарует мне свою мощь — источник этого холода. Одним усилием мысли я могу повернуть вашу сущность против вас самих.

— Если бы сама Ориль была здесь, — сказал Зетриндор, — возможно, я бы и испугался. А может, и нет. Саммастер предсказывает, что время богов проходит и наступает время драколичей.

Без предупреждения драколич бросился в атаку.

Ираклия подняла руку, и между ней и драконом в вихре поднялись палые листья. Воронка сбила Зетриндора, и он рухнул на мостовую. В то же время другой порыв ветра поднял Ледяную Королеву, трепля платье, и отнес подальше от чудовищного белого змея. Она выкрикнула слова силы и проделала мистические пассы. Над позвоночником Зетриндора появились ряды светящихся голубым клинков. Вращаясь в воздухе, лезвия вонзились в его мёртвую плоть, пройдя сквозь гнилую чешую и иссохшие мускулы.

Драколич взревел и метнулся в сторону, а затем, поднявшись на задние лапы и, изогнув шею, пустил в ход своё дыхание. Вероятно, Ираклия, равно как и Тэган, полагала, что он выдохнет ледяную струю, поэтому не предприняла ничего для своей защиты: Ледяная Королева была невосприимчива к холоду. Избранную поглотило облако тьмы, заставив биться в агонии: очевидно, Зетриндор магически изменил своё дыхание, сделав его ядовитым.

Драколич взмахнул крыльями, взмыл в воздух и бросился в сторону Ираклии, и началась битва, в котором решили принять участие остальные. Несколько агрессивных белых драконов по большей части впустую потратили свое дыхание: холод сковал варваров, но не возымел никакого эффекта на остальных слуг Королевы. Белые драконы и ледяные змеи поумнее вызывали вспышки магии или прыгали на своих противников, пуская в ход когти и клыки. Их встречали дротиками и стрелами. Защищавшиеся били копьями и рубили топорами. Гелугон вызвал полдюжины низших дьяволов — ползающих бородатых тварей, сражающихся огромными зазубренными алебардами. Маги льда монотонно и бесстрастно бормотали заклинания. Порхая на своих мотыльковых крыльях, Дживекс озирался в замешательстве.

— А мы-то на чьей стороне?

— Ни на чьей, — сказал Тэган. — Нам следует выбираться из этого хаоса и найти убежище.

— Как насчёт той крепости? — ткнул Рэрун своим крепким пальцем. Они начали перебежками пробираться вперёд, держась в стороне от битвы, то и дело уворачиваясь из-под ног огромных воинов, которые, наступи они на кого-нибудь из друзей, даже не заметили бы этого. Помимо этого, ещё необходимо было уклоняться от выстрелов, ледяных взрывов, молний, пламени, смертоносных сгустков и проклятий, которые вызывали воевавшие маги.

Весьма обрадованный тем, что не истратил весь запас заклинаний в битве с тиричиками — тюремщики конфисковали его колдовскую книгу, так что у авариэля не было возможности пополнить свой магический запас — Тэган увеличил свою ловкость и окутал себя туманной дымкой. Его спутники тоже усилили защиту. В данном случае лучше всего было пробираться по полю боя плотной группой. Тем не менее, ещё оставалось придумать, как выпутаться из подобного положения: вряд ли можно было надеяться на то, что Ираклиа и Зетриндор и их сторонники истребят друг друга.

Внезапно в воздухе повис туман. Тэган учуял запах дыма, и шальная искра обожгла его щёку. Он улыбнулся. Дымка начала сгущаться, принимая ясные очертания. На появившейся клинообразной голове сверкнула пара красных глаз, а затем Бримстоун показался полностью.

Уилл рассмеялся.

— Я уж начал думать, что ты кинул нас.

— Единственным способом спасти вас, — прошелестел вампир, — было найти кого-то, способного создать большой переполох. Это заняло некоторое время, — он повернулся к Каре. — Измени свою форму, певица: мы сможем улететь вместе с Дорном, Уиллом и Павлом отсюда, а с помощью Дживекса вызовем иллюзии, препятствующие погоне.

— Звучит неплохо, — сказал Уилл. — Кроме того, чтобы тащить бесполезную шарлатанскую задницу подальше отсюда.

Тело Кары начало меняться, удлиняясь и становясь больше, а вместо кожи появилась сверкающая чешуя. Бримстоун пробормотал какое-то заклятие. Вдруг Рэрун закричал:

— Берегись!

Тэган оглянулся и увидел Ледяных Когтей и снежных великанов, свирепо уставившихся на друзей, а затем внезапно почувствовал невыносимый холод. Крылатый эльф вскрикнул от судороги. Тэган пытался сопротивляться магии, в то время, как дьяволы уже переместились в пространстве. Гелугоны высоко вскинули свои копья, намереваясь пронзить беглецов, и намеревались пустить в ход массивные острые хвосты. За ними спешили великаны, от чьей поступи сотрясалась земля.