– Так что же все-таки произошло? – спросила Джоди. – Откуда такая секретность?

– Госпиталь находился на севере, – ответил Ньюмен. – Противник продолжал наступать на юг, нам приходилось отходить. Госпиталь подготовили к эвакуации.

– И? – нетерпеливо спросил Ричер.

– Он исчез на следующую ночь после того, как его переправили в Сайгон.

– Исчез?

Ньюмен кивнул:

– Просто сбежал. Поднялся со своей койки и испарился. С тех пор его никто не видел.

– Дерьмо, – проворчал Ричер.

– И все равно я не понимаю необходимости в секретности, – настаивала Джоди.

– Полагаю, на этот вопрос лучше ответит Ричер. Он в этом разбирается лучше, чем я.

Ричер продолжал держать кости Хоби. Лучевая и локтевая кости правой руки. Нижние концы прекрасно подходили друг к другу, о чем позаботилась природа, а верхние части рассек кусок винта. Хоби наверняка изучал винт и знал, что он способен отсекать ветки деревьев гораздо более толстые, чем рука человека. Он воспользовался этой идеей, чтобы снова и снова спасать человеческие жизни. А потом этот же самый винт ударил в его кабину и отсек его руку.

– Он стал дезертиром, – проговорил Ричер. – Во всяком случае, в формальном смысле. Он оставался на службе в армии – и сбежал. Тогда приняли решение не начинать поисков. Наверное, все произошло именно так. Да и что армия могла сделать? Неужели они стали бы возбуждать дело против человека с безупречным послужным списком, сделавшего девятьсот девяносто один боевой вылет и сбежавшего после того, как он получил ужасные ранения и стал инвалидом на всю оставшуюся жизнь? Нет, они не могли так поступить. Война была непопулярной. Нельзя послать изуродованного героя в Левенуэрт [18] как дезертира. Однако армия не хотела, чтобы стало известно о том, что дезертиры могут безнаказанно разгуливать на свободе. Это привело бы к скандалу совсем другого рода. Ведь многих продолжали сажать в тюрьму за дезертирство из армии. В таком случае пошли бы разговоры о нарушении законов. В результате дело Хоби стало закрытым и секретным. И в его досье остался только рапорт о последнем задании. А все остальное хранится в сейфах Пентагона.

– Именно по этой причине его нет на Стене. Они знают, что он жив, – сказала Джоди.

Ричеру не хотелось выпускать из рук кости. Он еще раз провел пальцами по всей их длине. Одна часть оставалась идеально гладкой, эти концы наверняка подошли бы к человеческой кисти.

– А вы изучали его медицинскую карту? – спросил он у Ньюмена. – Просматривали старые рентгеновские снимки, проверяли карточку дантиста и все остальное?

Ньюмен покачал головой:

– Он ведь не относится к категории «пропавший без вести в бою». Он выжил и дезертировал.

Ричер вернулся к гробу Бамфорда и аккуратно положил две желтые кости в угол деревянного ящика.

– Я не могу в это поверить, Нэш. Я многое о нем знаю. Этот человек не мог стать дезертиром. Все его прошлое, его поведение во время войны… Мне многое известно о дезертирах. Я выследил и поймал немало таких парней.

– Он сбежал, – сказал Ньюмен. – Это неоспоримый факт, зафиксированный в документах госпиталя.

– Он выжил после катастрофы, – продолжал рассуждать Ричер. – Тут не может быть никаких сомнений. Он был в госпитале. И с этим трудно спорить. А что, если это не побег? Быть может, он не понимал, где находится, потому что его разум оставался под воздействием сильных лекарств? Быть может, он вышел из больницы и просто потерялся?

Ньюмен вновь покачал головой.

– Он все прекрасно понимал.

– Но откуда вы это знаете? Потеря крови, истощение, лихорадка, морфий…

– Он дезертировал, – упрямо повторил Ньюмен.

– Это не согласовывается с его характером, – возразил Ричер.

– Война меняет людей, – не сдавался Ньюмен.

– Не настолько сильно.

Ньюмен подошел ближе и понизил голос до шепота:

– Он убил санитара. Санитар увидел, как Хоби уходит, и попытался его остановить. Все это есть в досье. Хоби сказал: «Я не вернусь» – и ударил санитара бутылкой по голове. Проломил ему череп. Они положили парня на кровать Хоби, но он умер. Вот причина секретности, Ричер. Он не просто дезертировал, на нем еще и убийство.

В лаборатории наступила полная тишина. Шипели кондиционеры, сладкий аромат глины заполнял помещение. Ричер положил руку на блестящий край гроба Бамфорда, чтобы удержать равновесие.

– Я не верю, – повторил он.

– Ничего другого не остается, потому что это правда, – сказал Ньюмен.

– Я не могу рассказать его родителям такую правду. Она их убьет.

– Ничего себе секретность, – возмутилась Джоди. – Как они могли оставить его безнаказанным, если он совершил убийство?

– Политика, – ответил Ньюмен. – От политики тех лет омерзительно воняло. Впрочем, и сейчас ничего не изменилось.

– Возможно, он умер позднее, – сказал Ричер. – Может быть, ушел в джунгли и там погиб. Он ведь все еще был серьезно болен.

– Но как это поможет тебе? – спросил Ньюмен.

– Тогда я смогу сказать его родителям, что он мертв, и скрыть некоторые детали.

– Ты хватаешься за соломинку, – сказал Ньюмен.

– Нам нужно уходить, иначе мы не успеем на самолет, – напомнила Джоди.

– Вы посмотрите его медицинскую карту, если мы сумеем получить ее у родителей Хоби? – спросил Ричер.