Он оставил сундук Толстопузу, а сам ринулся на выручку, сжимая в одной руке Штормосаблю, а в другой — громадный боевой топор.

— БЕГИ! — заорал Стоик Обширный.

И Иккинг побежал. Точнее, спотыкаясь, поковылял по песку.

За спиной он слышал топот десятков чудовищ.

«Мне… не добраться до корабля», — подумал он про себя.

Прямо перед ним на песке дуплом вниз валялся пустотелый ствол дерева.

— Лезь в д'ду-дупло! Лезь в д'ду-дупло! — заверещал Беззубик откуда-то сверху.

Иккинга не надо было просить дважды. Он услышал, как в каком-то дюйме у него за спиной сомкнулись челюсти Черепушика, и в тот же миг юркнул в засыпанную песком расщелину.

Черепушик был слишком велик, чтобы лезть следом. Он просунул в щель свой мерзко дергающийся нос и принялся грызть дерево вокруг дупла.

Иккинг схватил с земли чью-то кость и изо всех сил ткнул в гигантскую ноздрю.

Черепушик обиженно взвыл и отскочил.

В следующее мгновение послышался душераздирающий треск. Это Черепушик залез на дерево и принялся подпрыгивать… снова, снова, и снова… Иккинг слышал, как хрустит древесина под ударами чудовищных лап.

А сверху неумолчно визжал Беззубик:

— П'по-памогите! П'по-помогите! П'ПО-ПОМОГИТЕ!

В дупло просунулся еще один нос. Иккинг отпрянул…

С обоих концов ствола он слышал хруст дерева, шорох лап, остервенело роющих песок.

Рано или поздно чудовища неизбежно заберутся внутрь…

Сквозь узкую щель на уровне глаз Иккинг видел, как Стоик Обширный прокладывает себе дорогу по пляжу через свору обступивших его чудищ. Головотяп не покинул хозяина — верный дракон без устали рвал когтями спину Черепушика втрое крупнее его самого, вознамерившегося прыгнуть на Стоика.

Х-Р-Р-Р-У-У-У-С-С-С-С-С-ТЬ!

Коготь одного из Черепушиков продрался сквозь дерево и царапнул Иккингу грудь. Затем в дыре, проделанной когтем, показались голова и плечи чудовища. Дракон разинул челюсти так широко, что Иккинг смог заглянуть в его бездонно-черную глотку.

Иккинг завизжал и отшатнулся.

В тот самый миг, когда челюсти Черепушика готовы были сомкнуться на его теле, волосатая рука Стоика Обширного ухватила Иккинга за лодыжку и выдернула из дупла как пробку из бутылки.

Стоик подбросил сына высоко вверх и проревел:

— Подними руки!

Головотяп схватил Иккинга за руки и взмыл в воздух. Беззубик вцепился Иккингу в ногу и что было сил затрепыхал крылышками, стараясь помочь.

Черепушики гнались за ними по земле, подскакивали, будто собачонки, пытаясь цапнуть Иккинга за ногу. Головотяп застонал от напряжения: он прилагал все силы, чтобы удержать Иккинга в воздухе, вне досягаемости хищных челюстей.

Но силы его явно иссякали, и, к вящему ужасу Иккинга, он опускался всё ниже и ниже. В какой-то кошмарный, момент один из Черепушиков совершил гигантский прыжок и едва не оттяпал Иккингу ногу по колено.

Над морем силы Головотяпа иссякли окончательно, и он волочил Иккинга уже по щиколотку в воде.

И всё-таки они спаслись!

Черепушики не умеют плавать и до смерти боятся воды.

Головотяп еще пару раз взмахнул широкими крыльями и бросил находящегося в полуобморочном состоянии Иккинга на палубу «Тринадцати счастливчиков». Потом дракон устало развернулся и полетел на выручку хозяину.

Без его помощи Стоик держался на удивление хорошо, если учесть, что ему приходилось в одиночку вести бой со всё возрастающим числом Черепушиков. В обычных условиях дело неизбежно кончилось бы гибелью Вождя. Не забывайте, что Стоику минуло сорок лет, и он был очень, ОЧЕНЬ толст.

Но со Штормосаблей в руке Стоик Обширный словно преобразился.

Он стал Непобедимым Воином.

Проревев леденящий душу Боевой Клич Викингов, с глазами, пылающими жаждой крови, он на редкость успешно выполнял маневр под названием «Бой С Превосходящими Силами Противника».

Это чрезвычайно сложный прием Пиратского Боевого Искусства, и исполнить его могут только самые лучшие бойцы с блестящей координацией движений.

Для выполнения этого приема пират должен взять в левую руку свой Двуглавый Супертопор и непрерывно вертеть им над головой, чтобы враги не могли приблизиться к нему ни на шаг. Одновременно правой рукой он рубит врага мечом за пределами защитного круга.

Если вы когда-нибудь пробовали гладить себя по животу и одновременно хлопать по голове, то вы поймете, почему этот Оборонно-Наступательный Маневр под силу лишь самым лучшим бойцам с блестящей координацией движений.

Стоик медленно брел по пляжу, и мертвые Черепушики один за другим падали к его ногам. Но непрерывная волна чешуйчатых спин уже выплеснулась на пляж и отрезала Стоику путь к кораблю. Казалось, невозможно пробраться сквозь эту копошащуюся массу, а Головотяп, хоть и летел во всю прыть, был слишком далеко и явно не успевал спасти хозяина.