* * *

Камилла решила поехать в присланной карете, и Брайан последовал ее примеру. Эта карета скорой помощи принадлежала муниципальному совету заведений общественного призрения, и Брайан с облегчением вздохнул, увидев, что внутри чисто. Врач, ехавший с ними, несмотря на несолидный вид, оказался вполне компетентным в своем деле. Он обработал место укуса карболкой — тем средством, что спасло Брайана от смерти после ранения в Индии. К тому же — как знать, может, еще не поздно — он попросил Брайана и Камиллу прополоскать рот виски и даже заставил обоих выпить изрядную порцию: не помешает, если малая толика яда успела попасть в кровь.

В карете почти не было сидений, однако на полу лежал матрас, на котором и примостилась Камилла и врач, представившийся Этаном Мортоном. Они сидели возле пациента. Брайан сел с кучером.

По дороге Брайан размышлял, почему не удосужился прибить ту кобру. Ведь такие же твари — независимо от того, натравили их или нет, — убили его родителей. Он с удивлением отметил, что просто пожалел змею. Кто-то нарочно выпустил ее на волю. Алекса тоже могли объявить мертвецом и отослать тело на вскрытие, если бы не Камилла — она настаивала, что коллега еще дышит. Бог его знает, чем все это обернется, но пока Алекс так и не очнулся.

— Намучаетесь, пока доедем, — посетовал кучер. — Обычно мы недалеко выезжаем с этими экипажами. Извините, милорд.

— Доводилось ездить и в худших условиях, — заверил Брайан.

— Знаете, ваша спутница опасается худшего. Согласен, в былые времена лучше поправлялись в домашней обстановке, но теперь век иной! Стерильность, антисептики! Этот парень мог бы перекантоваться и в лечебнице. Состоятельные люди отчего-то боятся таких заведений, хотя точно вам говорю, там хорошо лечат сейчас.

— Пока он дышит, и в моем доме достаточно места для него и врачей.

— Согласен, лорд Стерлинг, у вас просторно! — ответил кучер.

Они подъехали к внешней стене, и кучер, натянув вожжи, остановил лошадей. Их дожидался Корвин, а Шелби, очевидно, уехал вперед с Эвелин. Ворота открылись.

Брайан заметил, что кучер явно побаивается дремучих зарослей, но храбро понукает лошадей.

— Простите, милорд, но если вам нужен помощник… я мог бы порекомендовать садовника!

— Спасибо. Я буду иметь в виду.

Они пересекли ров и въехали во двор. Брайан спрыгнул с подножки. Врач распахнул задние дверцы кареты, Брайан пролез внутрь, поднял Алекса Миттлмэна и на руках понес его к замку. Эвелин ждала в дверях.

— Комната в западном крыле подготовлена, — сдержанно сказала она.

Брайан кивнул и поспешил со своей ношей вверх по лестнице. Шелби уже был там и хотел предложить помощь, но Брайан отрицательно качнул головой. Кровать была застлана свежими простынями, в камине гудел огонь, на тумбочке у кровати лежала стопка чистого белья, салфетки и стоял кувшин с холодной водой. Брайан осторожно уложил больного на кровать — тот так и не пришел в сознание.

— Сорочка для него висит на спинке стула, — тихо подсказала Эвелин, и Шелби отозвался:

— Я помогу врачу, за ним нужен уход.

Брайан кивнул и пошел к двери. У порога ожидала Камилла, подавленная и молчаливая, в широко распахнутых глазах застыл немой вопрос.

— Сейчас вы ничем здесь не поможете, — сказал он.

— Я посижу около него ночью.

— Я могу присмотреть за ним, — предложила Эвелин.

— Благодарю вас, но я сама хочу посидеть с ним, — твердо сказала Камилла.

Она даже не взглянула на Брайана — той женщины, что пришла к нему накануне ночью, больше не было. Камилла стала далекой и чужой.

Брайан закрыл дверь, заставив Камиллу отступить от порога.

— Вам надо подождать, пока доктор не осмотрит его и не назначит лечение, — сказал он.

Стерлинг понял — Камилла винила его. Пусть это нелепо и ужасно, но она почему-то винила в случившемся именно его. Наливаясь злостью, он бросил:

— Поступайте как знаете, — и зашагал прочь, в свои апартаменты.

Надо было прикончить проклятую змею! Пока эта тварь жива, все может повториться.

* * *

Камилла ни о чем сейчас не могла думать и понимала только одно — надо подождать. Ей верилось, что с Алексом все будет хорошо, Шелби и врач обязательно его выходят.

Нервничая и тревожась, она поспешила через холл к комнате Тристана. Хотела постучать к нему, но постеснялась, подумав, что он уже спит. Тихонько приоткрыла дверь и заглянула в комнату.

Да, Тристан лежал в постели, голова — как и положено — на подушке. Но он не спал.