Ральф уставился на него, приподняв брови. Затем огляделся, лихорадочно пытаясь сообразить, что делать дальше. Быть мелким воришкой и не высовываться — это понятно, но если Тристан надумал разжиться за счет лорда Стерлинга — это обязывает. Пока эта вылазка сходила ему с рук — он барином жил в отведенных ему апартаментах, среди прислуги замка, его кормили и уважали, как джентльмена, — все чин чином. Но вот и поворот! Ему ни к чему подставляться под пушку.

Тристан вздохнул и посмотрел на него:

— Это был лорд Стерлинг.

— Лорд Стерлинг! — выдохнул Ральф. — Но если он был там, в таком прикиде, почему послал нас?

— Мы там — свои люди: известно, что мы сбыли одну-две краденые побрякушки, — сказал Тристан.

— Красиво. Ну и ладненько. Давай-ка двинем отсюда. Раз он так велел.

Тристан покачал головой, сверкнув глазами:

— Я возвращаюсь.

— Туда! Да нас едва не подстрелили в подворотне, за компанию с графом! — удивился Ральф. — Если там был лорд Стерлинг, как ты говоришь, так его приказ ясен — уносить ноги!

— Разумеется, он не желал, чтобы у нас брали интервью. — Тристан пожал плечами. — Вряд ли будут разыскивать убийцу того бедолаги, но читать свое имя в газетах ни к чему.

— Верно. Нам это ни к чему.

— Но можем же мы просто прийти полюбопытствовать, как и вся публика. Там уж, наверное, полно народу — нас и не заметят.

— Не хочу возвращаться туда и глазеть на кровавый труп на помойке!

— Нежный какой, посмотри на людей! На зрелище соберутся толпой — хоть вешай. Пойдем, дружище. Нас не запишут в свидетели. Но нам полезно послушать других.

— Тристан! — взвыл Ральф.

— Нам надо разнюхать кое-что для лорда Стерлинга, — отрубил Тристан, повернулся и решительно зашагал к знакомому переулку.

Ральф, стеная, потащился следом за ним.

* * *

Дверь захлопнулась за спиной Камиллы, и мир наполнился светом. На площадке перед дверью никого не было, и Камилла метнулась к лестнице и взбежала по ступенькам наверх.

Она ворвалась в зал. Несколько посетителей топтались вокруг экспонатов, и все они разом посмотрели в ее сторону, явно шокированные. Одна женщина даже испуганно открыла рот.

Камилла на несколько секунд застыла на месте, не понимая, в чем дело. Затем взглянула на орудие, которое выхватила из ящика с мумией. Это была иссохшая рука.

Длань была в обмотках, потемневших от долгого заточения внутри гробницы, — видимо, этот бренный трофей навевал суеверный ужас.

Камилла испуганно выпустила его из рук. Поняв, что являет собой ужасающее зрелище, она смущенно улыбнулась, пригладила прическу и подняла останки.

— Прошу прощения. Новый экспонат, — пояснила она и поспешила к служебной лестнице, лихорадочно обдумывая случившееся. Следовало бы немедленно обратиться к одному из полицейских, дежуривших в музее, но тогда придется объясняться, зачем она пошла в запасники. Однако тот, кто дразнил ее, мог оставаться в подвале. И надо ловить его на месте преступления!

Она вбежала в кабинет, намереваясь звать на помощь — к черту обстоятельства! — но внезапно остановилась, удивившись, что рабочий стол сэра Джона занят.

В кресле сидела Эвелин Прайор.

— Вот и вы, милая! — воскликнула она. — А я уж было обеспокоилась… рабочий день в разгаре, и никого нет на месте. Ни души. В чем дело, Камилла, что случилось? У вас такой вид, словно за вами гналось привидение. — Она приподняла бровь. — И несете эти бренные останки.

— Я… со мной все в порядке, — пробормотала Камилла. Сердце гулко стучало в груди. Странно — она почему-то встревожилась, хотя Эвелин всегда была ей симпатична. Неужели эта дама была там внизу, в запасниках, и шепотом звала Камиллу — а теперь как ни в чем не бывало сидит за столом, чтобы не вызвать подозрений? — Ах, вы имеете в виду это! — Она принужденно улыбнулась. — Да… ужасный поступок. Надо вернуть ее на место. Видите ли, я сразу постеснялась сказать, что увидела крысу и перепугалась. Наверное, давно пора привыкнуть, но… Простите, мне надо… — Она запнулась. — Эвелин, а что вы здесь делаете?

— Уже пятый час, милая. Я приехала с Шелби, чтобы отвезти вас на примерку к сестрам. Надо удостовериться, что ваше платье для завтрашнего вечера готово и сидит на вас как нельзя лучше, да и вам надо подготовиться к балу.

— Пятый час? — прошептала Камилла. — Конечно. Я только на минутку… вы подождете? Извините, Эвелин, я сейчас вернусь.

Она покинула кабинет и прикрыла за собой дверь. Какой абсурд — вообразить, что Эвелин могла красться за ней по складу! Судя по всему, эта женщина была правой рукой Брайана Стерлинга. Она всегда спокойна и выдержанна, просто немного растерялась, не обнаружив никого в офисе. К тому же ее поразило явление Камиллы, вцепившейся мертвой хваткой в руку мумии.

Она сообразила, что ей стоит сейчас найти полицейского в зале, но пока надо спрятать эту руку мумии, чтобы не шокировать посетителей музея. Она попыталась засунуть ее под юбку, но вдруг вспомнила, что обронила где-то ключи сэра Джона. И оставила дверь открытой.

Она нашла охранника, сидевшего в кресле, в зале с Розеттским камнем. К ее радости, сегодня дежурил их знакомый, по прозвищу Дед-Ворчун, хотя на самом деле его имя было Джеймс Смитфилд. Выцветшие пепельно-голубые глаза лучились добротой. Он любил вспоминать о былой службе в полиции.