— Сразу после головы, — уточнила Камилла.

— А есть еще змеи в музее? — не отставал любознательный мальчик.

— Только эта, — уверила Камилла. — И когда экспозиция с Клеопатрой уедет, змея тоже покинет наш музей.

— Ого! Эта змеюка — ваш лучший экспонат! — сказал другой ее маленький собеседник.

— Ничуть. Всматривайтесь и читайте вдумчиво, откроете здесь немало интересного для себя! — посоветовала Камилла.

Мальчики насупились.

— А вы не проведете нас по музею? — попросил настырный мальчишка. — Пожалуйста, просим вас, — быстро поправился он.

— Не могу, мне надо возвращаться на рабочее место, — объяснила она.

— А чем вы занимаетесь? — спросил мальчик.

— Переводом.

— Вы можете читать надписи на гробницах? — заинтересованно спросил тот, кто только что считал змею лучшим экспонатом музея.

Она улыбнулась и кивнула:

— Вам самим надо пройтись и внимательно прочитать таблички у экспозиций. Будет интересно, ручаюсь, стоит только призвать на помощь воображение.

— Давайте посмотрим Розеттский камень, — предложил мальчик постарше.

Мальчики ушли, но один из группы задержался, чтобы поблагодарить ее, глядя с уважением. Камилла неловко улыбнулась ему и на прощание помахала рукой.

Камилла снова обернулась и посмотрела на змею. Кобры, как известно, погубили немало людей. Но она также знала, что они не нападают, если их не провоцировать. Камилла наблюдала за змеей и жалела ее — тварь пострадала, ударившись о стекло. Однако она представила себе, что могло случиться, если бы стекло отсутствовало, и поежилась.

Интересно, какие чувства испытывали лорд и леди Стерлинг. Они видели аспидов, которые принесли им мучительную смерть? Может, и в самом деле печальная случайность… Или убийство? Убийство — значит, предательство, хуже и быть не может.

Камилла была удивлена. Еще вчера вечером ей легко удалось уйти с работы без провожатых, но сегодня ее опекали. Хантер, который редко задерживался в музейных залах, шел рядом, бок о бок, Алекс был по другую руку. Сэр Джон шагал сзади, чуть поодаль.

Они вышли на улицу. Большая карета графа Карлайла уже дожидалась ее.

— Не садитесь! — с отчаянием прошептал ей Алекс.

— Камилла… — смущаясь, прошептал Хантер и добавил, склонившись к ее уху: — Я женюсь на вас, честное слово.

— Ей не следует так поступать! — громко обратился Алекс к сэру Джону. — Молодая женщина в компании с таким… животным! — неудачно выразился он.

— Будет вам! — приструнил их сэр Джон, покачав головой. — Речь идет о графе Карлайле, уважаемом герое войны! Мы все водили с ним дружбу! — напомнил он с негодованием.

— Но сейчас он озлоблен, как израненный тигр, — возразил Хантер. — Она не пойдет.

— Она обязана, — стоял на своем сэр Джон.

— Она решит сама, — твердо заверила Камилла.

Гигант Шелби ловко спрыгнул с кучерского сиденья, улыбаясь ей во весь рот, поклонился и открыл перед ней дверцу кареты, приглашая сесть.

Камиллу охватила паническая нерешительность. Только что Хантер Макдональд пообещал жениться на ней! Поймать его на слове, спровоцировать! — лихорадочно размышляла она. Он привлекателен, известен и явно обладал харизмой соблазнителя. Она и сама испытывала влечение к нему…

Но граф Карлайл удерживал у себя Тристана. Странно: этот человек откровенно использовал ее в своих целях, но и он сам, и его страстная целеустремленность манили ее. Он не делал никаких скидок ни на ее пол, ни на возраст или внешность. Даже гнев его, пусть и грубо выраженный, нес в себе внутреннюю убежденность в своей правоте — это тоже притягивало ее. Она была заинтригована, ей хотелось найти для него убедительные факты, подтверждающие или случайность постигшей его трагедии, или же… нечто более зловещее.

Она повернулась к сопровождающим.

— Благодарю вас всех. Граф Карлайл приютил моего опекуна, и я обязана уехать с ним.

Экипаж тронулся с места, и ей очень хотелось узнать, какие же мысли скрывались за словами коллег.

* * *

Эвелин застала Брайана в библиотеке: он снова углубился в чтение дневника, который его мать вела в той роковой египетской экспедиции.

— Брайан, так можно и с ума сойти, — ласково укорила она графа.

Он взглянул на нее, словно не придав значения тому, что его потревожили без позволения, к тому же вторглись в его мысли. Аякс, разумеется, басисто гавкнул и вильнул хвостом. Как водится, он дремал у ног любимого хозяина, неся дозор и общаясь с миром, пока хозяин с головой ушел в работу.

Брайан воззрился на Эвелин, как бы взвешивая ее слова. Он теперь постоянно носил маску, даже у себя в замке, поскольку приютил здесь «гостей».

Он покачал головой:

— Я почти догадался, Эвелин, чувствую это. Разгадка близка.

— Но вы уже тысячу раз перечитывали этот дневник, — тихо сказала она.

Он изогнул бровь, удивившись:

— Я полагал, вы будете довольны. Я показался в свете, отобедал с сэром Уимбли в клубе. И вам приятно будет узнать, что у меня есть виды на участие в благотворительном вечере на этой неделе.