Капитан впал в гораздо большую панику, чем Шарлотта. Он заперт в спальне с наследницей английского престола! Его могут обвинить в измене! А что если Шарлотта уже оказывалась в подобных обстоятельствах?.. Что если...

При мысли об этом он едва не лишился чувств.

Шарлотта пролепетала:

— Мы... мы должны выбраться отсюда... сей... сейчас же! Капитан кивнул.

Он подскочил к двери и забарабанил в нее.

— Откройте дверь, Ваше Высочество! Прошу вас, немедленно откройте дверь.

Из-за двери донесся смешок Каролины.

«Говорят, что мой отец сумасшедший! — промелькнуло в мозгу Шарлотты. — Но то же можно сказать и о матери. И, пожалуй, это правда».

— Мама! — закричала она. — Я боюсь. Умоляю, откройте дверь.

После небольшой паузы ключ повернулся в замке, и на пороге показалась безудержно смеющаяся принцесса Уэльская.

— Ну, что, дети мои! — воскликнула она. — Могу сказать только одно: вы не воспользовались такой прекрасной возможностью.

— Мне пора уезжать, — сказала Шарлотта.

— Нет, еще не пора. У нас осталось немного времени.

Они вернулись в гостиную Каролины, сели, испытывая огромную неловкость, и очень скоро капитан, пробормотав какие-то отговорки, попросил позволения удалиться. Когда он ушел, Каролина обняла дочь.

— Любовь моя, ты не должна так пугаться. Я бы не оставила тебя там... если бы ты, конечно, сама не захотела остаться. Я хотела вообразить себе, что сказали бы мадам Клиффорд и Старая Бегума, если бы узнали, как ты оказалась запертой в спальне с нашим милым коротышкой-капитаном. О, ты, наверное, считаешь меня дурной. Хотя нет... ты так не думаешь! Ты слишком хорошо знаешь свою бедную мамочку. Она любит Шарлотту больше всех на свете и не может перенести разлуки. Твоя мамочка, Шарлотта, только и мечтает о том, чтобы мы были вместе. Вот, дорогая Шарлотта, послушай, как бьется горячее сердце... сердце, которое хочет вечно дарить любовь. А меня держат вдали от драгоценной дочери. О, малышка Шарлотта, скажи, что ты меня понимаешь!

— Д-да, мама, я понимаю, но, пожалуйста, не пытайтесь больше закрыть меня в комнате с капитаном Гессом... и ни с каким другим мужчиной.

— Хорошо, не буду. Я сделаю это, только если ты, мой ангел, сама пожелаешь. Просто мама таким нелепым образом пыталась показать своей малютке, что она ее любит и хочет дать ей все, чего девочку лишили другие. Скажи, что ты понимаешь. Скажи, что ты любишь маму. Ведь у нее ничего больше нет... только ты, малютка Шарлотта.

— У вас есть Уилли, мама. Он для вас как сын.

— Да, у меня есть Уилли... но он лишь замена моей крошки. Попытайся понять меня, Шарлотта. И не отказывай мне в любви.

— Хорошо, мама, хорошо. Они расплакались.

«Я люблю ее, — сказала себе Шарлотта. — Люблю!»

— Пообещай мне, дорогая, что когда ты станешь хозяйкой своей судьбы, ты не забудешь о бедной мамочке.

— Обещаю, — сказала Шарлотта.

— Тогда, может быть, ждать осталось недолго, а? — В глазах принцессы Уэльской зажглись лукавые огоньки. — А мы тем временем будем досаждать им всеми известными способами, да? .

Шарлотта не ответила.

«Бедная! — подумала она. — Мама так жаждет любви. Я должна попытаться ее понять и помочь ей».

Но на обратном пути в Ворвик-хаус, сидя в карете вместе с леди Клиффорд, принцесса пыталась себе представить, что сказала бы гувернантка, если б узнала о случае в спальне... И содрогнулась от ужаса.

Да, трудно быть принцессой и наследницей английского престола — пусть и предполагаемой — и в то же время служить буфером между двумя такими странными родителями.

Миссис Гагарина и Луиза Льюис наряжали принцессу на бал, который давался по случаю ее дня рождения. Это было великое событие, и принц Уэльский устраивал бал в Карлтон-хаусе, ибо его дочери исполнялось шестнадцать лет.

— Вскоре, — заявила Шарлотта, — со мной перестанут обращаться, как с маленькой. Мне так хочется надеть перья! Когда это произойдет, вы все поймете, что меня уже не считают ребенком.

— Не торопитесь вырастать, — посоветовала Луиза. — Это и так случится достаточно быстро.

— Для меня не достаточно. Как вы думаете, принц-регент будет мной сегодня гордиться? Только не говорите сразу: «Да, да, да»! Подумайте немножко. Представьте себе его, какой он элегантный... Я должна очень постараться, чтобы соответствовать его вкусам. Но... что с вами, Гаги?

— Ничего, Ваше Высочество, просто в боку кольнуло.

— Лучше присядьте, — посоветовала Луиза. — Вы же знаете...

Миссис Гагарина бросила на нее предостерегающий взгляд, но Шарлотта его перехватила.

— Так-так, в чем дело? — властно спросила она. — Гаги, вы вовсе не больны, правда?