Арилье изумленно воззрился на Дениса, однако не позволил себе ни одного комментария и кратко пояснил:

— Та, которой мы служим.

Денис кивнул в знак того, что понял и Арилье может продолжать рассказ.

— Она непременно хотела поговорить с пленником. Допросить его. Может быть, прочитать его мысли.

— Она умеет читать мысли?

— Этого никто не знает… Иногда женщины умеют это, иногда — только притворяются. Гонэл — защитница замка, она, как у нас говорят, «женщина вдвойне», а уж пустить в глаза пыль умеет как никто. Скоро ты увидишь ее и сам поймешь, как она это делает. — Арилье вздохнул и вернулся к рассказу о пленнике: — Мы привели его на веревке, привязав к лошади. Он сперва мычал, точно полоумный, и натыкался на стены, будто ослеп. Мы заперли его в подвале башни, а когда пришли утром, то увидели его мертвым. Он скорчился, как гусеница, его руки и ноги были вывернуты судорогой, а по глазам ползали мухи.

— Может быть, он принял яд? — высказал Денис самое очевидное предположение.

— Он умер просто потому, что не мог находиться в замке, — твердо ответил Арилье. — Это замок убил его.

Денис поразмыслил немного. Следующий вопрос, который он задал, был весьма обдуманным и взвешенным:

— Следовательно, замок является своего рода святыней, наделенной некими магическими возможностями?

Арилье сказал:

— Они — низшие тролли. Они вообще не могут находиться в замке. Это не магия. Просто такова их природа.

— Тролли? — переспросил Денис. — Но ведь Джурич Моран — тоже тролль!

— Джурич Моран? — Арилье выглядел озадаченным. — Откуда тебе известно это имя?

— Предположим, я с ним встречался, — заявил Денис не без вызова. — А что, нельзя?

— Давай лучше не делать таких предположений! — посоветовал Арилье. — Всем вокруг, включая тебя, будет спокойнее…

— Давай, — охотно согласился Денис. Насколько он успел узнать Арилье, тот был любопытен. Все равно не удержится и начнет задавать вопросы.

Так и случилось.

— А где ты видел Морана?

— Далеко отсюда. В… другом мире.

— Значит, он жив… — протянул Арилье. — А поговаривали, будто он умер.

— Не знаю, кто такое говорил, — с важным видом произнес Денис. — Но когда мы встречались — пару дней назад — он был живехонек.

— И как он живет?

— Всему удивляется, — сказал Денис, испытав при этом нечто вроде симпатии по отношению к далекому Морану. — Бумажным деньгам, человеческой глупости… всему.

— Да, — медленно проговорил Арилье, — Моран всегда и всему удивлялся.

— Ты тоже его знал?

Арилье покачал головой.

— Кто может с уверенностью утверждать, что знал или не знал Морана? Бывают такие существа: они и везде, и нигде, ты и знаешь их и совершенно не знаешь…

— Так Моран действительно тролль? — Денис твердо решил разрешить эту проблему раз и навсегда. Он не позволит разговору размазаться по пустякам.

— Моран принадлежит… принадлежал к числу Мастеров, — ответил Арилье. — Даже в мыслях его невозможно сопоставлять с низшими троллями.

— Почему? — настаивал Денис.

Арилье посмотрел ему прямо в лицо своими раскосыми ярко-голубыми глазами.

— Потому Моран в состоянии причинить такой вред, по сравнению с которым набег тысячи низших троллей покажется чепухой.

Денис помолчал, осваиваясь с услышанным. Потом спросил:

— Но ведь все дело — в его природе, не так ли? Вроде извергающегося вулкана, который не виноват, что засыпал пеплом пару городов вместе с козами и мирным населением?

Арилье отвернулся, чтобы еще раз проверить, хорошо ли оседлана лошадь. Рассеянно погладил животное по ноздрям.

— Я не знаю, — выговорил он наконец. — Давай мы больше не будем говорить о Моране. Его здесь нет, и это обстоятельство нас всех вполне устраивает.

Как и говорил Арилье, отряд вошел в замок вскоре после полудня, когда солнце отошло от разъяренного льва и высветило бегущую лошадь с бабочками, запутавшимися в ее пышной гриве.

Замок был поистине велик, но эта огромность воспринималась по-разному снаружи и внутри.

Пока отряд ехал вдоль высоких, до самого неба, вычурно украшенных стен, замок представал твердыней, способной отстоять и оборонить от любого врага сколь угодно широкое пространство. Во всем ощущалась щедрость, порождаемая лишь неограниченным богатством: в мощи булыжников, складывающих стену до высоты двух человеческих ростов, в крепости отшлифованных серых камней, образующих пояс на уровне второго этажа, под бойницами, в резкой выразительности барельефов третьего этажа, в четкости изломанных арок галереи, протянувшейся вдоль всего пятого этажа — там, куда не долетят и самые отчаянные вражеские стрелы.

Ворота замка сейчас стояли открытыми, и Денис имел возможность полюбоваться их надежной толщиной: сделанные из огромных древесных стволов, обитые толстым слоем металла с шипами, они выглядели неприступными.

Отряд вошел в низкую арку ворот, заполонив ее всю золотыми вымпелами, и Денис на время перестал что-либо видеть: после яркого солнечного света полумрак ворот казался ему тьмой ночной.

А затем он вместе с остальными очутился в первом внутреннем дворе, и необъятность замка предстала перед ним своим новым обличьем. Внутри твердыня напоминала небольшой город. Здесь повсюду находились люди, каждое строение, каждая ниша в стене были обжиты и чем-либо заняты.