— Спасибо тебе, старик, — растроганно сказала я. — Если бы не ты, я бы не узнала, что такое королевские персики…

— Ты неисправима, — вздохнул Галыга.

— Но есть еще кое-что, что я хочу рассказать тебе, Лу, — перебил нас Кай, спрыгивая с подоконника и начиная ходить из угла в угол.

— Что? — враждебно откликнулась я.

— Ты действительно не настоящий Страж Бездны, — заявил он. — Хоть в тебе и течет кровь твоего великого предка, ты совершенно лишена силы Стража.

— Почему это?

— Я это понял еще тогда, когда мы впервые закрывали врата Бездны. Твоя магия была… искусственной. Словно ее кто-то впихнул в тебя. Одна из тайн королевского рода — это то, что каждый новый король рождается со способностями, необходимыми Галду для развития. Мой отец, Харуш был рожден обычным ребенком. Он не умеет колдовать, у него совершенно нет магических сил. Именно благодаря этому Галд продвинулся в сфере науки и техники. А вот я был рожден совсем другим. Мои способности в магии невероятно высоки, и второе обличие, которое ты видела во время закрытия Врат Бездны, говорит о том, что я рожден быть защитником стража Бездны. Моя внешность полузверя способна сопротивляться силе Бездны, кроме того, я могу упорядочивать движение искр чистой силы. Я рожден был стать хранителем, и потому в момент активации чистой силы твое тело становится для меня как открытая книга. Именно тогда я почувствовал, как твой организм отвергает искры чистой силы. Твоя кровь сопротивлялась им, хотя должна была слиться в единое целое. Я сожалею, что не сразу поверил в то, что тебя укусил тот краснокрылый дафар.

Именно он влил в тебя искусственную кровь стража Бездны, которую создали дафары.

Калигор, вероятно, долгое время добивался создания вещества, способного изменить сущность человека. Думаю, что тот краснокрылый дафар по какой-то причине украл его и по чистой случайности влил ее внутрь тебя. Ты, Лу, невероятно везучий человек. Если бы ты не была из рода де Гастон, это искусственное вещество уничтожило бы тебя, разорвало изнутри. Вместо этого оно прижилось. Превратив тебя на время в стража Бездны.

— Вот! А ты мне не верил! — обрадовалась я. — Теперь, когда я не страж Бездны, и вообще не маг… могу я удрать? Мне уже порядком надоели вехи истории, дак можно мне вернуться к своей обычной жизни? Меня окатили та-а-аким убийственным взглядом, что пришлось втянуть голову в плечи и жалобно проклянчить:

— Ну, тогда хотя бы поесть…

— Потом поешь! — отрезал Кай. — Сначала выслушаешь, что должна будешь сделать! Исправлять свои ошибки будешь сама!

— Да кто ты такой, чтобы… — громко начала я возмущаться, но под холодным взглядом блондина мой голос потерял силу, и я закончила шепотом в ухо Грэя, — указывать мне.

— Дело, которое тебе предстоит, как раз по твоим способностям. Хоть мне и не хочется этого говорить, но здесь ты — лучшая.

— А что за дело? — снова ожила я.

— Клинки Бездны… Тебе придется вернуть силу Стража Бездны, чтобы остановить Калигора. Мы тебе поможем, — сухо сообщил Кай. — В общем, слушай…

Стражи у главных ворот Коды не было. Ветер гонял пыль по брусчатке пустынной дороги, ведущей в столицу, и разочарованно бился о каменные стены у входа в город, не находя живых препятствий. Небо, нависшее серым, плотным полотном, прятало яркое солнце, но так и не расщедрилось на дождь. По словам Жади, моей подруги, такая погода стояла не первый день. После того, как клинки Бездны были высвобождены из магического сталагмита, тяжелые тучи враз укрыли голубое небо, ни на минуту не раздвигаясь.

Я постояла у ворот, в надежде на грубый окрик стражников «Куда прешь, босяк?», но так и не дождалась привычного приветствия. Угрюмые стражники, годами стоящие у главных ворот и трясущие кошельки с торговых караванов, въезжающих в город, исчезли со своих насиженных мест. Я пожала плечами и осторожно прошла через ворота. Времени было мало, у меня в запасе всего один час. Не было привычного стука лошадиных копыт, пьяных выкриков припозднившихся работяг, даже вездесущие бездомные псы исчезли с улиц города. Редкие прохожие, которые никогда не отличались вежливостью и давали пинки да затрещины мне, уличной босячке, в этот раз просто проходили мимо, уперев взгляд в землю и ссутулившись.

К моему удивлению, с улиц Коды исчезли не только стражники, но и представители других рас. Не было ни одного гнома, орка, эльфа, гоблина, по углам да стенкам прятались лишь испуганные люди. Простые люди, даже не маги. В темноте наступающей ночи больше не мелькали плащи магов, и самое жуткое — в городе не горел ни один магический фонарь, которые висели на столбах через каждые десять шагов. Магия перестала быть доступной. Богатые особняки, лишенные магической защиты, были отданы на растерзание ворам, и сиротливо белели в сгущающейся тьме. Но мои коллеги не торопились протягивать руки. После того, как квартал богемы был полностью сожжен огнем драконов, все выжившее отребье общества сбежало в другие города. На золото жизнь не купишь, это понимал любой нищий. Всегда шумная Кода производила гнетущее впечатление, будто кладбище, по которому летало лишь воронье, и бродили могильщики. Лица редких прохожих были как раз как у работников гробов и лопаты.