Брин не ответила. Она смотрела в темноту, и слезы снова навернулись ей на глаза. Прошло некоторое время, хотя ей казалось, что прошли века. Она знала, что он лежит, как и она, без сна, бесцельно уставившись во тьму.

Наконец Ли, решив, видимо, что она уснула, поднялся и подошел к балкону. В мерцающем лунном свете она разглядела его лицо, осунувшееся, со впалыми щеками.

Брин немного поколебалась, потом выбралась из постели и подошла к нему. Он вздрогнул, словно вернулся из своего собственного мира, где только что пребывал.

Он обнял ее, прижал к себе, поцеловал ее в макушку.

— Извини, — сказал он, — у меня бессонница, я не даю тебе спать.

Тело его было теплым, лунный свет и живительный ночной воздух, казалось, ласкали их обоих. Но все-таки его прикосновение было чужим.

— Я тоже не могу заснуть, — сказала Брин, а когда он промолчал, повернулась в его объятиях, умоляюще посмотрела ему в глаза:

— Ли, почему ты не… хочешь меня… сегодня ночью?

— Что? — удивленно спросил он.

Потом он слегка улыбнулся, осторожно провел рукой по ее щеке, и она поняла, что он снова с ней.

— Брин, я всегда тебя хочу, — сказал он. — Я просто думаю о тебе. Ты разве не знаешь, что у тебя на лице огромный синяк, а по всему телу царапины и ссадины?

Брин пощупала челюсть. Там была отметина от удара Уинфельда, но она не причиняла ей особых неудобств.

— Ли, это просто синяк, я его даже не замечаю. Правда. Я так хочу тебя сейчас, Ли. Господи, я не такая уж хрупкая, правда…

Его руки крепко обхватили ее, он, наклонившись, зарылся лицом в ее волосы. Брин чувствовала, как он напряжен. «Что я такого сказала?» — удивилась она, а потом услышала его стон и простые слова, которые объяснили все.

— Она покончила с собой. Виктория убила себя.

Все стало ясно. Слова хлынули из него, резкие, нескладные. Ли начал свой рассказ с того момента, когда в их с Викторией дом пробрался грабитель и Ли пришлось защищаться. Реакция на это Виктории. Как безумно он любил Викторию. И как, неважно почему, она стала бояться его. Как она пришла к мысли, что он — дикарь. Какая она была хрупкая — он даже не смел коснуться ее, даже протянуть к ней руку. Его смятение. Его утрата. Любовные приключения Виктории — и тот ужас, который он у нее вызывал, сам не зная почему.

Брин крепко обняла его:

— О, боже мой, Ли, ты должен понять, что ты сделал все, что мог. Это не из-за тебя, Ли. Она страдала от саморазрушения. Разве врачи не говорили тебе об этом?

— Да, именно так они и говорили, — сказал он бесцветно.

— Ах, Ли, так надо принять это на веру! — воскликнула Брин. — Пожалуйста, я так нуждаюсь в тебе, Ли. Ты нужен мне, Ли, пожалуйста…

Он сжал ее подбородок, вопросительно глядя ей в глаза.

— Ты готова выйти за меня замуж, Брин, после всего услышанного?

— Ли, ну как ты не понимаешь? Это же все не про тебя! Я так сильно люблю тебя, что готова абсолютно на все! — воскликнула она в смятении. — Но я… я невеста с приданым, Ли. Я приду к тебе с тремя маленькими мальчиками…

— А ты сомневаешься, что я их тоже люблю?

— Нет, я в тебе не сомневаюсь. Я просто знаю, что это может быть…

— Трудно, — согласился Ли. — Да, я сознаю, что стать родителем так, вдруг — это тяжело. Иногда мы будем ссориться, изредка у нас будут проблемы. Но если мы начнем все правильно… как равноправные партнеры… мы все сможем. Если я собираюсь стать их родителем, я могу иногда наорать на них. Тебе придется уважать мои решения, и… а почему ты смеешься?

— Потому что я тебя так люблю! Потому что я поверить не могу, что ты действительно хочешь жениться на мне. Что ты действительно хочешь все это взвалить на свои плечи. Ах, Ли, неужели это действительно так? Свадьба… всегда… в горе и в радости…

— В здоровье и в болезни, — тихо пообещал Ли. — Если ты действительно способна выносить меня, Брин. Брин, я так сильно тебя люблю.

— Это волшебство, — сказала она нежно и с обожанием, стирая следы страдания и забот с его лица. — Я с трудом в это верю.

— Возможно, слов недостаточно, — хрипло произнес он. — Поступки говорят яснее. Если ты позволишь мне, я сделаю так, что ты мне поверишь…

Брин улыбнулась:

— Пожалуйста…

Никогда он не любил ее так нежно. А когда пресытились и утомились, они стали разговаривать. Откровенно. Об их будущем, которое будет основательным, безопасным — и бесконечно красивым.

Бурным, да, напомнила себе Брин. Они могут встретить как тихие речки, так и бурные моря. Мужчина с его страстями и жизненной силой редко бывает спокоен. И его прошлое может иногда напомнить ему о себе. Только время сможет научить его верить в ее любовь.