Первый малый модуль лежал на склоне горы. Мы бы ни за что не заметили его, но Акка ткнула рукой в сторону огромного утеса, полностью покрытого снегом, и сказала:

– Вот модуль. Добраться до грузового отсека было очень сложно.

Разведчик снизился и сел. В открытый люк ворвался ледяной ветер, от которого у меня сразу перехватило дыхание и заслезились глаза. Снег, всюду снег. И бездонное, заполненное звездной пылью небо над головой. На востоке клубились темные тучи. Было очень холодно и довольно светло – снега мягко светились отраженным светом звезд.

– Идите за мной! – сказала Акка, выпрыгивая из кабины УПР.

Мы последовали за нашей провожатой, по колено проваливаясь в снег. Идти оказалось совсем недалеко, каких-нибудь тридцать метров.

Каменистая площадка. Огромная туша неизвестного животного, покрытого уже знакомым нам серебристым мехом. Колоннообразные лапы с полуметровыми когтями, плоская башка, оскаленная пасть, голубоватые зубы-мечи, покрытые инеем, и тусклые остекленевшие глазки.

– Это и есть снежный демон? – спросил Лускус. Акка кивнула.

Я заметил, что с задней части животного ободрана шкура, и невольно содрогнулся, представив, как под холодными звездами одинокая женщина свежевала этого монстра, мастеря себе одежду.

– Осторожно! Стойте здесь! – предупредила нас Акка, указывая под ноги.

Мы остановились. Она сделала несколько шагов, наступая точно на камни, и встала рядом с головой снежного демона.

– Теперь полностью повторите мой путь.

Мы двинулись по камням, стараясь не торопиться.

– Зачем такие предосторожности? – поинтересовался Лускус, когда мы встали рядом с Аккой.

Она в ответ усмехнулась и молча указала куда-то вверх. Я поднял голову и вскрикнул от неожиданности. Мы стояли на дне глубокого каменного колодца. В трех сотнях метров наверху виднелись заснеженные склоны гор и каплеобразный силуэт УПР.

– Какие-то шутки с пространством. Двое последних моих людей разбились здесь, пытаясь пройти, – просто сказала Акка и повела нас в обход туши.

Это было похоже на туннель, стены, пол и потолок которого состояли из шевелящейся мглы. Впереди возникло легкое сияние. Повеяло теплом. Воздух стал сухим, запахло озоном. Акка на ходу скинула шубу прямо на мглистый пол. Я увидел знакомые чешуйчатые доспехи, только теперь они сильно потускнели и на многих пластинах явно виднелись вмятины от ударов.

Мы вошли в огромную пещеру. Впрочем, слово «огромная» тут не уместно – из-за разлитого всюду серебристого тумана понять, на сколько метров или даже километров эта полость простирается в пространстве, оказалось невозможно. Звуки шагов исчезли. Мглистая субстанция словно глотала их. Акка остановилась.

– Это здесь, господа. Перед вами истинный хозяин Медеи. Я называю его – Он. Не знаю почему, быть может, из-за сочетания звуков, но Его устраивает это обращение. Он не живой, но с Ним можно говорить, если настроиться. У меня на это ушло двадцать семь дней…

– Э-э-э… Домина Анна, вы хотите сказать, что это… искин? Причем искин… м-м-м… не наш? – осторожно спросил Лускус, опасливо оглядываясь. Потом он непонятно пробормотал себе под нос: – Значит, никакого Наставника не будет. Жаль…

Пожав плечами, Акка сказала:

– Сейчас я попрошу Его показать вам… В общем, вы все поймете.

Она замерла, и некоторое время ничего не происходило. Потом я почувствовал головокружение. Вдруг туманная пещера исчезла. Я увидел звезды. Они неслись в бесконечной темной пустоте, и меня несло вместе с ними. Понять что-либо в сверкающей круговерти было решительно невозможно. Потом передо мной возник косматый оранжево-желтый шар неизвестной звезды. В ушах зазвенело, настойчиво и как бы раздраженно. Видимо, я должен был что-то сделать, но что? Звон усилился. Звезда ушла куда-то вверх, и мимо меня поплыли планетоиды. Третий из них показался удивительно знакомым.

– Олд-мамми! Земля! – воскликнул я вслух, но не услышал собственного голоса. Звон немедленно прекратился. Перед глазами поплыли знакомые с детства рисунки созвездий. Обе Медведицы, Кассиопея, зодиакальные звери и гады, Гончие Псы, нелепая Гидра… В ушах снова зазвенело. Звездное небо крутилась надо мной до тех пор, пока взгляд не зацепился за Плеяды, которые мой отец называл Стожарами. Звон стих, и вновь вокруг засверкали звезды, мгновенно слившись в серебряные росчерки. «Мы летим к Стожарам», – догадался я и тут же подумал, что такой полет невозможен. Слишком далеко. Даже оснащенные двойными дыроколами спейсеры потратят на путешествие к настолько удаленным галактикам сотни лет.

Словно в подтверждение моих мыслей наш «полет» прервался. Я увидел странное бурое небо, бурые же скалы, тонущие в оранжевом киселе. То здесь, то там сквозь кисель проносились какие-то неясные, расплывчатые тени. Неожиданно между скал взметнулись ввысь каменные башни, тут же обрушились, и на их смену пришли куда более величественные сооружения из металла.

«Он показывает нам историю их цивилизации!» – догадался я. Над остроконечными вершинами башен уже парили какие-то нелепые аппараты, затем иглообразные ракеты пронзили небесный свод и унеслись в чернильный мрак космоса. Вот уже бурую планету окружили рукотворные орбитальные кольца, вот уже странные, бесформенные, окутанные переливающимися силовыми полями звездолеты рванулись прочь от своей колыбели.