Он искоса глянул на товарища, ожидая поддержки, так как сам не решался первым хватать старика, видя, что от девушки всего можно ожидать.

— Ты прав, Краснюк, пошли. — Синий слегка помялся, посмотрел исподлобья в грозное лицо Сяо, но всё-таки нерешительно протянул свою лохматую лапу и схватил старика за руку.

Девушка аж подпрыгнула от такой наглости:

— Ах ты грубиян этакий! А ну убери свои грязные лапищи, иначе я добьюсь, чтобы тебя выкинули из твоего вонючего адского департамента под зад коленом. Останешься без оклада, будешь всю жизнь одними объедками питаться.

— Э-э, — вяло протянул красномордый, — ты это, знаешь что, брось свои лисьи хвосты наворачивать. Мы выполняем приказ. Можем предъявить ордер, квитанцию вам оставить, что вы сдали старичка с рук на руки. Да и зачем он вам сдался, пьяница непробудный? Срок его подошёл. Помучается немного у нас в аду, а потом переродится.

— А в кого, случайно, не знаешь? — заинтересованно спросила девушка, уже без всякой агрессии в голосе.

— Да, — чёрт сверился с бумажкой, — тут сказано: «…и будет он кузнечиком».

— О святой лис, только этого не хватало! — неожиданно взвыла девушка, так что черти подскочили на месте с перепугу. — А я думаю, чего это он с кузнечиками брататься начал?

— С кем? — с любопытством переспросил чёрт по имени Синяк.

— А, не важно, — пробормотала девушка, не слушая. — Но я считаю, уж лучше ему остаться в том теле, в котором он сейчас пребывает. Думаю, оно его вполне устраивает. Вот если бы он переродился, скажем, в небесную деву или сына императора на худой конец. А тут какой-то паршивый кузнечик.

— Ну вот, добралась и до меня, — обидчиво произнёс кузнечик, сидевший на подоконнике и с живым интересом следивший, чем дело кончится. Но его, конечно, никто не слышал.

— Ладно, ребята, давайте сваливайте. — Девушка в нетерпении притопнула ножкой, указав на дверь. — Чаёк дома попьёте, и так засиделись.

— Э нет, к сожалению, мы не можем ослушаться приказа, — виновато произнёс Краснюк. — Дедуля пойдёт с нами.

— О святая дева Си-ванму, мальчики, когда прекратится это переливание из пустого в порожнее? Может, договоримся? — с наивной надеждой вопросила Сяо.

— А сколько дашь? — оживился Синяк, но тут же схлопотал подзатыльник от красного.

— Ты что, с котла свалился? Какие компромиссы? Сам знаешь, нам за это хвосты пообрубают, — разозлился Краснюк. — Всё, попёрли отсюда, ты хватай старика за плечи, а я за ноги. О, тяжёлый-то какой, боров! А на вид тощенький…

— Ну всё, с такими, как вы, отморозками, я вижу, по-хорошему нельзя. Эй, Демон, — крикнула она куда-то вверх. — Похоже, без тебя мне не обойтись. Твои ребята тут чинят беспредел у меня дома. А ну давай двигай сюда на своей колеснице, и с помпой! Главное, пыли побольше. Но на сей раз уж обойдись без фанфар.

Черти обалдело смотрели на девушку. Они, конечно, решили, что она разговаривает сама с собой.

— С горя свихнулась, наверно, — жалостливо произнёс Синяк тихо на ухо Краснюку. — Этот пьянчужка какой-никакой, а ведь всё-таки её отец.

— А может, он ещё не написал завещания в её пользу? — предположил красный, понимающе глянув на Сяо. Миг — и они с преподобным Чжанем растворились в воздухе. Правда, ещё некоторое время из пустоты слышались их препирательства…

— Да держи же его, я один не осилю, — натужным тоном.

— Сам держи, я и так тащу этого жирного кота из последних сил. Вот неблагодарная работёнка, а зарабатываем ведь сущие гроши!

Девушка, услыхав это, резко обернулась, но было уже поздно — чертей и след простыл.

— Ах вы… — только и успела произнести она, и тут со двора донёсся страшный рык и громыхание колёс. Она поплелась на крыльцо, прислонилась там к стене и со скептическим видом уставилась на небо. А посмотреть действительно было на что. Небеса внезапно потемнели, слетелись чёрные грозовые тучи. Тут же загрохотал гром и заблестели молнии. Из-за поворота деревенской улицы показалась сияющая огненная колесница, в которую были запряжены три гигантских дракона со сверкающими при блеске огня красно-зелёными чешуйками. Все драконьи навороты были при них. Круглые, размером с медные литавры, глаза и огонь из зубастой пасти на сдачу. По бокам колесницы бежали, высунув языки, четыре адских пса со всклоченной на загривке шерстью. Они сияли призрачным зеленоватым светом. Собака Баскервилей перед ними была просто мокрым щенком! Глаза собак горели лютой ненавистью, буквально испепеляя взглядом, с клыков капала слюна. Время от времени псы порыкивали или подвывали, драконы рычали, пуская из ноздрей струи пламени. А предводительствовал всем этим адским зоопарком наш знакомец — Демон. Он стоя вёл колесницу прямо к крыльцу дома Сяо. В его облагороженных чертах читался какой-то высший неземной дух. Одет он был в элегантный серебристый костюм, который сидел на нём просто идеально (куда только делась толстая прослойка жира?). Подъехав к девушке, он ловко соскочил с колесницы и привязал драконов к балке, подпирающей крышу веранды. Собакам велел сидеть. И с живым участием на лице обернулся к Сяо.

— Вот я приехал. Весь к твоим услугам, — развёл Демон руками, — и в ожидании призраков.

— Поздно, они уже утащили отца, — совершенно бесцветным голосом произнесла девушка, глядя куда-то в пустоту остекленевшим взглядом.

— Что?! Да как они посмели?! Ну я им покажу! — Лицо чёрта мгновенно преобразилось. Рога, которые сейчас были серебристые, под цвет костюма, мгновенно встали штопором, как у барана (с ним всегда такое происходило, когда он гневался).