— Что вы от меня хотите? — просипела моя жертва.

— Первый-ик курс? — спросила я.

Он кивнул.

— Как-ик-ой факультет?

— Практический.

Могла бы и сама догадаться, теоретики-первокурсники не имеют привычки шляться по ночам по кабакам.

— Как-ик зовут?

— Остаф. — Парень с испугом смотрел на меня, пока я пыталась стать в позу ласточки — максимально вытянув за спиной руки, прогнуться вперед, подняв левую ногу. Лира утверждала, что эта поза помогает от икоты. Мне же она пока только помогла выглядеть полной идиоткой в глазах Остафа.

— Хорошо, — сказала я, решив не обращать внимания на икоту и на выпученные глаза студента. — Я дам тебе серебряный, если ты зайдешь в одну квартиру.

— Зачем?

— За шкафом. Надо проверить, там ли хозяин. А если там, то один или с кем-то еще.

— А-а-а, — понимающе протянул первокурсник. — А если он там, что сказать?

— Скажи… мм… скажи, что просто хотел узнать, как спят некроманты.

— Нет, — твердо сказал студент. — К некроманту в квартиру за серебряный я ночью не сунусь. Давай золотой.

— Мальчик, а ты не слишком наглый? — спросила я.

— Достаточно, — самодовольно сказал Остаф. — А если не дашь, то я еще и расскажу твоему некроманту, что им девушка интересуется.

Ну и нахал! Ловкой подсечкой, многократно отрепетированной на Отто, я повалила паренька на землю и уселась сверху, приставив к его шее небольшой кинжальчик, который стала носить с собой после того, как недавно в лесу пара поселян решила проверить, кого во мне больше — девушки или мага. К их неудовольствию, злобного мага, возвращающегося от клиента, живущего на лесном хуторе, во мне оказалось больше, чем визжащей девушки. Мне же потом и пришлось залечивать их ожоги, не из человеколюбия — никогда не любила насильников, — а с познавательной целью. Познание удалось, я выяснила, что ожоги залечивать я не умею.

— Слушай, сопляк, — сказала я задумчиво, — как тебя взяли на Практический факультет?

— Я очень сильный маг, — прохрипел Остаф, пытаясь приподняться. Ногами я больно наступала на его руки.

— Верю, — сказала я, подумав. — А экзамен по физкультуре ты как сдал?

Остаф покраснел:

— С трудом.

— Ну и молодец. Давай договоримся: ты получаешь свой серебряный, не говоришь некроманту больше, чем надо, а за это я не буду позорить тебя перед твоими однокурсниками, рассказывая, что тебя победила девушка, к тому же и не практик.

Остаф побледнел — аргументы на него подействовали, и через несколько минут я наблюдала, как он, спотыкаясь на каждом шагу, заходит в подъезд Ирги.

Во время томительного ожидания за углом я пыталась придумать достойное объяснение своему поведению, если вдруг Остаф донесет обо мне. Услышав торопливые шаги, я внутренне замерла, хоть это и не мог быть возлюбленный, звук его шагов совсем другой. Студент прислонился к стене рядом со мной и, шумно дыша, сказал:

— Он меня даже не убил!

— Это заметно, — нетерпеливо сказала я. — Ну и как?

— Он спал один, — сказал Остаф.

— Ты уверен?

— Да, он показал мне свое жилище и сказал, — тут студент застонал, — сказал, что он будет у нас вести практику по некромагии и что он меня запомнил!

— Извини, — виновато сказала я, протягивая ему серебряный, — я замолвлю за тебя словечко.

— Правда? — просиял страдалец.

— Если ты только никому о сегодняшнем не расскажешь, а то практика для тебя обернется кошмаром, это я тебе могу пообещать.

Студент кивнул и направился в сторону общежитий. Я с завистью проводила его взглядом и пошла к себе в корпус окружным путем, чтобы не встретить никого знакомого. Конечно, нормальные люди в это время все спят, но мало ли что.

Чувствуя неимоверную усталость, я добрела до комнаты и упала в свою кровать, не переставая жалеть, что я все это затеяла, но и не желая останавливаться на полпути.

Бородатый парень Лиры заваривал чай. Увидев меня, он плеснул в чашку с чаем водки и молча протянул мне.

— Аксентий, — пробасил он, когда я, обжигаясь, глотала целебный напиток, понемногу возвращавший меня к жизни. — Тяжелая ночь?

— Тяжелые сутки, — вздохнула я.

— Значит, сейчас допьешь, съешь эти бутерброды, и спать. — Бородач поймал мой взгляд и пояснил: — Я целитель.

— Понятно, — сказала я, — только спать я не пойду, мне еще надо кое-что с Лирой обсудить.

— Это ты можешь обсудить и со мной.

— Интимный вопрос.

— Я целитель, — напомнил Аксентий.

— Ну и что?