Макоумер осатанел. Он так люто ненавидел Трейси, словно не было этих четырнадцати лет, он ненавидел его с такой силой, как в самый первый день.

– Вначале ты убил Тису, а теперь... А теперь приходишь ко мне в дом и несешь всякие глупости! – Он плавным движением сместился влево. – Ты настоящий сукин сын! Не знаю, почему Киеу не убил тебя, но меня это больше не интересует, – продолжая двигаться влево, он добрался до ближайшего к двери угла. – И я, признаться, рад, что ты еще жив, Ричтер, – еще два шага, третий. – Знаешь почему?

Макоумер змеиным движением нырнул вниз за упавшим ножом, но Трейси опередил его: увидев руку Макоумера у рукоятки ножа, Трейси нанес режущий удар ногой в висок противника. И все же Макоумер был быстр, очень быстр. Трейси забыл о его феноменальной реакции. Кончиками пальцев он успел ухватить нож, и в то же мгновение его лезвие сверкнуло в миллиметре от лица Трейси. Еще одно движение руки, и по щеке Трейси потекла кровь. Боли он не почувствовал, лишь тепло, словно от прикосновения горячей салфетки парикмахера. Тряхнув головой, отчего капли крови веером полетели на пол, Трейси выбросил правую руку и перехватил запястье Макоумера, изготовившегося для нового удара.

Трейси попытался нанести удар в живот, но напоролся на жесткий блок и резко ушел вниз, пропуская над собой колено Макоумера и блокируя его следующий удар, направленный в поврежденное плечо.

Легко отпрыгнув назад, Трейси, демонстрируя отменную технику, нанес свой излюбленный удар ате-ваза, точно поразив бицепс противника.

Макоумер прервал атакующую серию и вновь выбросил вперед руку с ножом. Его длинное обоюдоострое лезвие идеально подходило для точного завершающего удара прямо в сердце.

Макоумер присел, сделал несколько ложных замахов и в конце концов провел реальный удар, нацеленный в живот противнику.

Расстояние между ними к тому моменту сократилось до минимума, у Трейси не оставалось времени ни на раздумья, ни на то, чтобы автоматически уйти с линии удара, поэтому, игнорируя стремительно приближающееся лезвие, он всецело сконцентрировался на том, что предстояло сделать в эти остающиеся у него сотые доли секунды. Он нырнул навстречу ножу, рванул левую руку вверх с такой скоростью, что Макоумер увидел перед собой размазанное пятно, и, выведя чуть согнутые напрягшиеся пальцы на линию глаз Макоумера, сделал ложный замах.

Макоумер реагировал мгновенно – он остановил нож и попытался нанести удар в выведенную на завершающую позицию руку Трейси.

Теперь Трейси сместился в сторону, уходя Макоумеру под руку, и, прежде чем тот успел занять позицию для нового удара, оказался в непосредственной близости от него.

Нож в данной ситуации был совершенно бесполезен: прижавшись друг к другу, они стремительно обменивались быстрыми как молния ударами, движения их сливались в единое колеблющееся пятно, противники напрочь игнорировали имевшееся в их распоряжении пространство. Время словно остановилось, оставался лишь поединок, где ставкой была жизнь, а козырной картой – смерть.

От напряжения уже второй подряд схватки мышцы невыносимо ныли. Трейси мотнул головой, пытаясь стряхнуть заливающий глаза пот. Вновь раскалывалась голова, напоминая о событиях в Гонконге, срывалось дыхание, жгло легкие.

Трейси отчаянно искал возможность нанести последний завершающий удар. Поначалу он хотел лишь выманить Макоумера на лестницу, где тот оказался бы под прицелом людей Туэйта, но Макоумер разгадал его замысел. Из этой комнаты выйдет только один из них. Именно здесь будет могила и надгробье, конец того, что началось четырнадцать лет назад.

Трейси попытался провести осае-виза, один из самых эффективных парализующих ударов, но Макоумер блокировал его ногу уже на начальной стадии и трижды ударил в правое плечо, мышцы которого сразу же онемели и правая рука практически вышла из строя.

Макоумер почувствовал и провел боковой удар рукой, синхронизировав его с ударом правым коленом. От первого удара Трейси ушел, но второй развернул его, и Макоумер обрушил кулак на его шею. В следующее мгновение он свел руки, между ладоней сверкнуло обоюдоострое лезвие.

Трейси понимал, что сейчас последует очередной боковом удар, один из тех, которые Джинсоку преподавал в самом конце курса, особо подчеркивая, что это один из самых эффективных ударов и блокировать его невероятно сложно.

Но Макоумер импровизировал, вставлял в связку еще и удар коленом. Мышцы его напряглись, он издал гортанный крик и направил колено в спину Трейси, откинувшись при этом назад, за счет чего увеличивалась сила этого страшного удара. Это был завершающий удар из сдвоенной связки «рука – нога», и Трейси понимал, что если в имеющиеся у него доли секунды он не найдет противоядия, Макоумер прикончит его.