– Ну хватит, хватит, моя очередь здороваться с Тези!

И осторожно взяв ее за руку, так же шутливо продолжаю:

– А ты уверена, царица ты наша, что уже можешь обойтись без пилюль и нянек? Не рановато сбежала от целительниц?!

Я жду возмущенного вспыхивания глаз, но Тези словно и не заметила подначки. Наоборот, улыбнувшись как-то загадочно, она спокойно проходит к стулу и, поудобнее усевшись, заявляет:

– Я разумеется, могла бы еще отдохнуть в лазарете, но боюсь, без моего руководства вы тут совсем зачахнете! Малыш - то, где? Не уморили еще несчастного?!

Ксуни счастливо улыбается, в восторге, что есть хоть одна женщина, способная таким тоном разговаривать с нами, они сами во главе с Райши о таком и мечтать не могут. За последние три дня мы научили низранок не только стучать в дверь, но и говорить спасибо и пожалуйста, и на этом останавливаться не собираемся.

– Вот твоя женщина, - объявляет мне низранка, - а вот твои часы, - вручая Кену браслет.
– Отец свои обещания всегда выполняет!
– с этими словами она выходит из каюты гордо задрав нос, но я успеваю рявкнуть не менее гордо:

– Мы тоже!

И только после этого понимаю, что сейчас мне придется давать объяснения Тези и не ей одной. Но вот что странно, такое впечатление, что крамольную фразу "твоя женщина "услышал я один. Кен любовно протирает свой мику, уже занявший законное место на его запястье, Тези заинтересовалась экраном компа, и, похоже, никто из них не обратил никакого внимания на слова Ксуни. Вот и славненько! Вздохнув с облегчением, спешу помочь Тези устроится с возможным комфортом.

Взрыв гремит как всегда неожиданно, воздушная волна обдает песком и пылью, и, не будь на нас защитных шлемов - пришлось бы долго вытрясать мусор из густого ежика волос, украшающих теперь наши головы. Не дожидаясь, когда осядет пыль, Кен лезет через завал острых обломков и мне ничего не остается, как, пробормотав нелюбимое мамой словцо, начать протискиваться вслед за ним.

– Стой!
– командует Кен, и, послушно замерев, я пытаюсь разглядеть в луче мощного фонарика место, куда с таким упорством мы пробиваемся целую неделю. Великий Космос! Это действительно стоило того, чтоб сюда стремится! В луче вспыхивают и гаснут тысячи искорок всех цветов от нежно розового, до бархатно бордового. Да, эта пещера самая настоящая сокровищница тех самых знаменитых Деллийских самоцветов, за которыми мы с Кеном и приперлись на эту проклятую планету. И вот теперь мы пробили тоннель сюда, но не для себя, а для жадных низранок, мечтающих о торговле за пределами пустыни, на побережье моря Дождей.

Я разворачиваюсь, чтобы уйти подальше и не бередить себе душу. Но Кен останавливает меня:

– Давай спустимся вниз?!

– Я что, похож на сумасшедшего?!

– Вообще - то да, но не в этом дело. Просто я хочу проверить породы на прочность, чтоб потом, когда здесь начнут работать сестры, не случилось какого нибудь несчастья.

– Какое несчастье?
– неизвестно откуда взявшаяся Шамси просовывает между нами любопытную мордочку.

– Обвал например, или оползень, да мало ли что?!
– хмуро бросает Кен, - Так ты идешь или нет?!

– Иду, раз надо, - бурчу недовольно, сознавая, что Кен недаром тянет меня с собой.

– Я тоже с вами!
– немедленно среагировала Шамси.

– Ни в коем случае!
– категорически отказывает Кен.
– У нас тут ни веревок, ни лебедки нет, чтоб тебя тащить, мы сами-то, как-нибудь оттуда выберемся если что, а за тебя отвечать перед Райши придется!

Я и сам терпеть не могу пронырливую толстушку, приставленную к нам Райши в качестве помощницы, а на самом деле - шпионить, но Кен просто видеть ее не может. Сколько раз он как бы случайно запирал ее в разных помещениях, забывал в тоннелях и коридорах! Но у толстушки необыкновенная пролазиваемость и просто феноменальная выносливость! Вот и сейчас, не успели мы еще добраться до дна, а она уже дергает веревку, пытаясь сообразить, как мы это сделали.

– Я тебе последний раз говорю: не смей сюда лезть!
– рычит Кен, спускающийся вторым, и заметив, что сзади Шамси появилась еще чья-то фигура, командует, - Не пускайте ее вниз, нам ее потом всей командой не вытащить!

По дну пещеры, извиваясь между острых камней, течет ледяной родничок, и по предложению Кена мы идем вслед за темной струйкой. Пещера сужается, поворачивает вправо, влево, а нежный блеск самоцветов вспыхивает под лучом фонаря нисколько не теряя своей насыщенности. Похоже именно вода вымыла между дивных камней более мягкую породу, создав эту сказочную красоту.

– Вот бы Тези это показать!
– вздыхаю я тихонько, но Кен все равно услышал, и как-то очень серьезно сказал:

– Обязательно покажем, я обещаю!

Зверю, живущему где-то глубоко, почему-то совсем не нравится заявление Кена, но я теперь знаю о его существовании и никогда больше не позволю ему вырваться наружу. Поэтому я просто пожимаю плечами, и делаю еще несколько шагов.

– А знаешь что?! давай наберем полные шлемы камней и устроим Тези сюрприз!
– вдруг заявляет Кен делая руками какие-то странные знаки. По-видимому это тоже часть его плана, решаю я, неохотно стягивая с головы надежный шлем. Кен уже снял свой, но пока не торопится собирать туда камни, а что-то рассматривает, подсвечивая фонариком. Интересно, что он там нашел?! Я уже положил в шлем несколько особенно красивых камней, когда Кен, прижав палец к губам сунул свой шлем мне под нос, выразительно показывая на маленькую дырочку под ремешком. Ну все понятно. А я думал, это у Шамси слух такой хороший! Оказывается мы все время носим жучков на голове!