Почти в полдень Келли приехала в галерею, везя перед собой в коляске Тайлера. В девять месяцев малыш сидел ровно, размахивая ручками и счастливо воркуя. Он внимательно наблюдал за миром со своего сиденья.

— Давай купим в магазине по порции супа и поедим у берега, — предложила Келли.

Был прекрасный весенний день после недельного дождя, и свежий ветер пойдет им всем на пользу.

— Прекрасная идея, — ответила Мэрилин.

Да и практично, подумала она, потому как куда проще будет развлечь Тайлера в парке, нежели в заполненном ресторане.

Мэрилин отправилась за заказом, а ее сестра пошла вниз, чтобы занять столик. У нескольких людей появилась такая же идея, но Келли уже нашла свободный столик к тому моменту, когда вернулась Мэрилин.

Сев за стол напротив сестры, Мэрилин открыла свой контейнер с куриным супом и помешала его пластиковой ложкой. Над их головой кружили сварливые чайки, пронзительно требуя еды, но Мэрилин и Келли игнорировали птиц.

— Я хотела задать тебе пару вопросов о беременности, — обратилась Мэрилин к своей сестре. — Если не возражаешь.

— Давай выкладывай.

Келли облизала ложку, при этом она выглядела совсем как ребенок, но одновременно казалась такой взрослой. Она сняла пластиковую обертку с крекеров и стала давать их по одной штуке сыну, который немедленно засовывал их себе в рот.

Мэрилин не знала, какой вопрос задать первым. Она так много лет наблюдала, как друзья женятся и воспитывают детей. И казалось, они так спокойны. Будучи взволнованной и радостной при мысли о будущем материнстве, она не проявляла ни капли уверенности, которая была так свойственна ее друзьям. Келли много лет ждала ребенка, она уж точно поймет.

— Ты… боялась? — спросила Мэрилин.

— Ужасно, — призналась Келли. — Я читала каждую книгу, которую только могла заполучить.

— Я тоже.

Ее мать опустошила библиотечные полки и постоянно обеспечивала Мэрилин последними новинками о беременности и родах.

— Что произошло, когда ты принесла Тайлера из больницы?

Келли засмеялась и покачала головой:

— Давай следующий вопрос.

— Почему?

— Потому что мы с Полом не могли прийти к согласию ни по одному вопросу.

Мэрилин сунула в рот маленький крекер и стала жевать.

— У меня не будет такой проблемы.

— Вот именно. Как у тебя дела с одеждой? У меня так много милых кофточек для беременных. Хочешь позаимствовать несколько?

Мэрилин кивнула.

— Я принесу их в эти выходные.

— Было бы отлично. — Сердце Мэрилин еще больше потеплело по отношению к сестре.

— Как дела с нянечкой? Тебе надо начать думать об этом, ты ведь одна и все такое…

Это конечно же было еще одним тягостным вопросом. Ей надо было всерьез подумать о встречах с нянечками и о центрах, которые занимались этими вопросами.

— Послушай, — сказала Келли, кладя локти на стол. — Я могу заняться этим первые несколько лет.

Мэрилин просто онемела. А когда она смогла заговорить, то прошептала:

— Ты бы действительно сделала это?

— Сначала мне, конечно, надо поговорить с Полом, но я не вижу причин, чтобы этого не сделать. Еще один ребенок не может быть такой уж большой нагрузкой, и я в любом случае сижу дома. Я бы с радостью помогла тебе, Мэрилин. Для чего еще нужны сестры?

Глаза Мэрилин наполнились слезами. Это предложение стало абсолютной неожиданностью. Она отвела взгляд, не желая, чтобы ее сестра поняла, что она пытается справиться с наплывом чувств.

— Знаешь, что я поняла? — спросила Мэрилин, когда убедилась, что сможет говорить и не заплакать. — Я сидела в кухне, читала журнал, который порекомендовала мама, и вдруг на меня нахлынуло… Я была счастлива.

— Я вижу. — Келли коснулась руки сестры. — Я чувствую это.

— Я так сильно хочу этого ребенка. — Мэрилин прижала ладонь к талии и закрыла глаза. Опустив голову, она прошептала: — Я хотела и своего первого ребенка.

Ее слова были встречены пораженной тишиной.

— Первого ребенка? — практически шепотом спросила Келли.

— Я… Я была беременна, когда мы с Клинтом поженились. О, Келли, я была так глупа и так молода! Это получилось случайно, но мы должны были предполагать, что такое возможно. И все равно это стало шоком.

— Что произошло с той беременностью?

Мэрилин посмотрела на голубые воды бухты и проговорила:

— Клинт хотел, чтобы я сделала аборт. Он клялся, что любит меня, но не готов стать отцом.

— Как он мог предложить нечто подобное?

Ком в горле Мэрилин становился больше, практически не позволяя ей говорить.