Картины, возникавшие в воображении Сэм, были невыносимы, но она не должна показывать Персею, как ей плохо.

Когда через десять минут они подъехали к вилле, Саманта быстро вышла из машины. Ей надо было побыть наедине со своей болью.

— Куда ты направилась?

Он ринулся к ней со скоростью пантеры, нагнал и крепко схватил за запястье, не давая больше сделать ни шагу.

— В дом, конечно, — резко ответила она, запаниковав, потому что его физическая близость взбудоражила ее чувства.

— Раньше ты говорила, что тебе нужен свежий воздух. По-моему, мне он тоже необходим.

И начал снимать ботинки и носки. Сэм широко раскрыла глаза, глядя сверху вниз на его темноволосую голову.

— Но София ждет твоего возвращения, и...

— Отец Софии умирает, — вставил Персей низким, спокойным голосом. — Сейчас, когда мы разговариваем, у них, возможно, священник.

Она с трудом проглотила слюну, пытаясь представить, как ему трудно оттого, что долгожданное воссоединение с Софией придется отложить.

Нервно облизывая губы, она спросила:

— Наверно, тяжело было встретиться с ее отцом лицом к лицу? Он сознался в том, что...

— Скажем так: София говорила правду, — ровным голосом перебил Персей, раньше чем она сумела закончить фразу. — Что касается ответа на твой следующий вопрос... — Он с поразительной легкостью читал ее мысли. — Мы помирились. И давай не будем об этом.

Персей положил свои вещи на песок и снова сел на корточки, на этот раз перед ней.

— Что ты делаешь? — удивилась она.

— Снимаю твои туфли, чтобы ты смогла пройтись со мной по пляжу.

Чтобы не упасть, ей пришлось опереться на его мощные плечи. Волны удовольствия нахлынули на ее тело от прикосновения его пальцев.

— Но, Персей... Я думала...

— Ты слишком много думаешь, дорогая, — снова оборвал ее он, даже не извинившись. — Тебе помочь с чулками?

Лицо Сэм залил густой румянец.

— Конечно, нет! Если ты отвернешься, я... я их сниму.

Она услышала озорной смешок, потом он бросил свой пиджак рядом с ботинками и пошел по направлению к тихому прибою.

Поскольку все существо Сэм сотрясали волнение и смятение, она действовала неуклюже, когда подняла подол платья и сумела освободиться от чулок.

Скатав их в маленький комочек и затолкав в туфли, она пошла к Персею, который наблюдал за ее приближением. Расставив ноги, стоя в морской пене, он напоминал могучего бога, своего тезку.

— Иди сюда. — И он протянул руку.

Они пошли по мелководью. Когда молчание стало невыносимым, Саманта выпалила:

— София очень красива!

Он глубоко вздохнул, но не остановился, по-прежнему шагая с ней в ногу.

— Есть разные типы красоты. Конечно, София обладает очарованием, которое многие мужчины сочли бы соблазнительным.

Сердце Сэм болезненно сжалось, но она понимала, что Персею нужно выговориться.

— Было тяжело снова ее увидеть?

— Да. — Его голос стал скрипучим. — Ей давно уже не восемнадцать лет. Время безжалостно.

— Ты прав, но вы оба еще достаточно молоды, чтобы пожениться и завести семью. Завтра я подпишу все, что должна подписать, и ты получишь свободу.

Рука Персея дрогнула.

— Дело не в этом, Саманта. Даже если отец Софии умрет в ближайшие дни, период траура продолжается на нашем острове долгое время.

С ее губ сорвался вздох.

— Ты ждал целых двадцать лет! Как жестоко оставаться в разлуке еще несколько недель.

— Скорее, пятьдесят две.

Ее глаза широко раскрылись.

— Что?

Персей остановился и повернулся к девушке.

— Таков греческий обычай, а мы оба приверженцы традиций и не можем себе позволить стать жертвами неизбежных сплетен. Следовательно, тебе придется оставаться моей верной женой, пока не придет время, когда мое заветное желание исполнится.

Сэм высвободила свою руку. Уголком глаза она заметила, как гримаса омрачила лицо Персея.

— Неужели тебе так отвратительна мысль провести год под одной со мной крышей? — спросил он.

— Нет! — Саманта покачала головой. — Конечно, нет. Я думаю только о тебе. Как мучительно будет жить здесь, на острове, знать, что София всего в нескольких минутах езды от тебя, и все же быть не в состоянии пойти к ней... любить ее... — Голос Сэм опасно задрожал. — Она знает о нас?

Персей пристально взглянул на нее.