Она взглянула в зеркало и поняла, что лучше бы этого не делала. Глаза так опухли, что напоминали щелочки. Если Персей увидит ее такой, сразу поймет, что она плакала. Может быть, он даже слышал ее сдавленные всхлипывания сквозь соединявшую их комнаты дверь. Как бы там ни было, можно надеть солнцезащитные очки под предлогом, что от яркого света у нее болят глаза.

Саманта надела бежевые полотняные шорты и топ, отделанный белыми кружевами, сунула ноги в легкие сандалии и зачесала волосы назад, скрепив их черепаховой заколкой.

Потом подкрасила губы розовой помадой и почувствовала себя готовой встретиться лицом к лицу с человеком, с которым ее связывал лишь контракт. Не любовь.

Саманта застелила постель, затем выскользнула из дверей, чтобы направиться на кухню. Стакан сока и какая-нибудь булочка были бы сейчас очень кстати.

Но на полпути к вожделенной кухне ее перехватил Персей, который как раз выходил из своего кабинета. Он выглядел поразительно мужественным в обрезанных джинсах. Больше на нем не было ничего.

— Kalimera, Samantha. —Его глаза восхищенно осматривали ее.

— Kalimera, Perseus.

— Хорошо спала?

— Отлично. Только у меня все еще болят глаза от яркого света.

— Ты настоящая северянка. Чтобы привыкнуть к солнцу, требуется время. Иди за мной к бассейну, и мы вместе позавтракаем.

Знает ли он настоящую причину, по которой она нацепила на нос темные очки?

Сэм взяла по одной порции из каждого блюда и села за столик у бассейна.

— От такой стряпни невозможно оторваться. Если так пойдет, на меня не налезет никакая одежда.

Персей рассмеялся:

— К счастью, тебе это не грозит.

Положив в рот очередную виноградинку, Сэм сказала:

— Жду не дождусь, чтобы взяться за работу.

И это было правдой.

Он посмотрел на нее поверх фарфоровой кофейной чашки.

— Ты уже знаешь, что собираешься делать. Я видел это вчера в твоих глазах. Ты собираешься рассказать мне об этом сейчас или мне придется подождать окончательного результата?

— Это твоя вилла, и поэто...

— Нашавилла, — поправил он ее, растянувшись в шезлонге.

— Хорошо. Я могла бы поговорить с тобой о моих планах прямо сейчас, но у меня появились кое-какие особенныемысли, и мне бы хотелось, чтобы они стали для тебя сюрпризом. Ну как, согласен ходить некоторое время с завязанными глазами?

Он опять засмеялся.

— Обещаю, что не стану слишком всматриваться.

— Это трудно, потому что сад будет простираться до самого моря.

— Тогда, возвращаясь, я буду подъезжать на машине к заднему входу и постараюсь подавить на корню свое любопытство. Даю тебе слово.

— Тогда это мне подходит.

— Ты никогда раньше не была такой послушной. Должно быть, Греция идет тебе на пользу.

Греция. И ты.

Притворно улыбаясь, она сказала:

— Все потому, что ты так прекрасно заботишься обо мне, Персей. — Ее голос дрогнул. — Надеюсь, я оправдываю наш контракт и ты не зря потратил свои деньги.

Мгновенно исчезло взаимопонимание. Персей поднялся с шезлонга и мрачно уставился на нее. Похож на бога, чье имя ему дали, подумала Сэм.

— Мы выясним это сегодня вечером, когда нанесем визит Софии и ее отцу.

У Сэм затрепетало сердце, и ей потребовалось сделать усилие, чтобы сохранить спокойствие.

— Я сделаю все, что ты попросишь.

Наступила тишина, потом он сказал:

— Это неосторожное заявление для таких невинных губ.

Лицо Саманты запылало.

— Оно совсем не неосторожное, — возразила она. — Ты, видимо, был доведен до отчаяния, если решил жениться на мне, чтобы это помогло тебе иметь дело с Софией. Поговорив с ней по телефону, я могу понять, почему. И... очень может быть, что после сегодняшнего вечера мои услуги тебе больше не понадобятся.

— Что, во имя неба, это должно означать? — прогремел Персей.

— София все еще влюблена в тебя, и она объяснила, что существовали причины, по которым она ударила тебя ножом. Когда услышишь ее объяснение, ты, может быть, изменишь свое отношение ко всему и... и захочешь снова...

— Довольно! — крикнул он, но быстро взял себя в руки. — Я уже вложил в тебя не малые деньги и ожидаю, что ты будешь играть на моей стороне. Это понятно?

— Да, конечно, Персей. Я только хотела сказать, что пойму, если вы решите вновь вернуться друг к другу. Ты уже столько для меня сделал, что я никогда не смогу отплатить тебе и не мечтала бы требовать от тебя соблюдения остальной части нашего контракта. Если ты и София сможете устранить ваши разногласия, я вернусь в Нью-Йорк ближайшим рейсом.