Они идут по улице, Филипп не сводит глаз с Флоранс. И успевает ловить взгляды прохожих, которые смотрят, как он смотрит на Флоранс. Он не дотрагивается до нее, но раздувается от гордости: какая женщина рядом с ним!

У Флоранс возникает странное желание имитировать ту походку, которая когда-то так нравилась Филиппу. Ее тело уже забыло ту легкую девичью поступь, и оно, наверное, к лучшему.

Для свидания Филипп выбрал застекленную террасу большого кафе. Они сидят, словно на витрине, выставленные напоказ, но кто станет обращать на них внимание? Люди вокруг редко замечают друг друга — в этом преимущество и несчастье больших городов.

— Предупреждаю, у меня мало времени.

— Что будешь пить? Как всегда, грейпфрутовый сок с ликером?

— Почему «как всегда»?

— Но ты ведь не пила ничего другого, когда мы были вместе.

— Мы никогда не были вместе.

Он снисходительно улыбается. Она может капризничать сколько хочет, но он-то ничего не забыл!

Заказывают кофе. Их колени соприкасаются под столом. Флоранс, смутившись, подбирает ноги и скрещивает под стулом. Она ни о чем его не спрашивает, но Филипп все равно принимается отвечать: он зарабатывает больше, чем когда-либо, его работу высоко ценят, недавно купил новую машину. Рассказывая, он все время потирает руки, будто намыливает их, — давняя привычка, и Флоранс вдруг начинает злиться. Ей хочется уйти. Она разглядывает его исподлобья, сосредоточенно отхлебывая кофе. Он постарел, слегка растолстел. Взгляд зеленых глаз с черной каемкой все такой же слащавый — до тошноты.

— Обожаю, когда ты вот так на меня смотришь!

Невыносимый тип! Ему все божья роса!

— Ты живешь неподалеку? — спрашивает Флоранс, молясь про себя, чтобы это было не так.

— Нам повезло. Мы нашли замечательную квартирку на бульваре Сен-Жермен.

Вопреки всякой логике, это «мы» режет слух Флоранс.

— Ты женат?

— Был. Сейчас у меня есть подружка, но жениться на ней я не собираюсь. В своей жизни я встретил только одну прекрасную женщину, все прочие — утешительные призы. Ведь так, Флоранс?

Дурацкая манера повторять ее имя каждые пять минут! Он пожирает ее глазами, взгляд становится все более масляным, у нее руки чешутся треснуть его по физиономии.

— Помнишь Кристофа?

— Понятия не имею, кто это!

— Но как же! Мы ездили к нему в Довиль. На выходные. Это случилось только раз, но тем не менее. Дождь лил не переставая, и мы бегали по пляжу в непромокаемых плащах.

Флоранс слушает вежливо, но без малейшего интереса, словно речь идет не о ней.

— Я часто рассказывал ему о тебе. Мы праздновали мое сорокалетие вдвоем, только он и я. Пили за твое здоровье. То самое вино, которое я купил в Боне на нашу свадьбу.

— Твою и Кристофа?

— Твою и мою, разумеется!

— Да ну! Ты планировал нашу свадьбу, а я абсолютно не в курсе!

Сердце Флоранс колотится, голос срывается. Она точно помнит, вопрос о женитьбе никогда всерьез не обсуждался. Да и в каком-то там Боне она никогда не была. Но железная уверенность Филиппа заставляет ее усомниться в своей правоте.

— Ты сделала меня таким несчастным, — продолжает Филипп, чувствуя, что выигрывает по очкам. — А ведь говорила, что наши судьбы навеки связаны.

— Я такое говорила?

— Написала.

— Я тебе писала?!

— Десятки писем. Я их храню, все до единого. И часто перечитываю.

Да он настоящий псих! Флоранс становится страшно. Она не припомнит, чтобы хоть раз писала Филиппу. У него навязчивый бред, он и ее хочет затянуть в этот омут! Флоранс сильно не по себе.

— Для меня восемнадцатое июля — день траура. В этот день ты вышла замуж.

— Откуда ты знаешь? Кстати, я больше не праздную восемнадцатое июля. Это был мой первый брак.

— Как ты могла так поступить со мной?

— Ты что, издеваешься? Мы были в приятельских отношениях, не более того! Ты тоже был женат, но я не делаю из этого трагедии.

— Да, я вижу, моя женитьба тебя задевает. Но ты не должна ревновать…

— И в мыслях не было!

— Ты не должна ревновать, потому что Сесиль я выбрал только потому, что она очень похожа на тебя. Впрочем, во всех женщинах я искал твои черты…

Хлопнув ладонями по столу, Флоранс решительно встает. И зачем только она согласилась на это свидание? Уж точно не затем, чтобы вести подобные дискуссии! Она подыскивает слова, которые дали бы понять, что она прощается с ним навсегда, но боится его оскорбить. А если у него и впрямь хранятся какие-то письма? А если он шпионит за ней? Встать и уйти — проще простого, но оставит ли он ее после этого в покое? Сомнительно. У Флоранс вырывается вздох отчаяния.

Филипп понимает вздох по-своему: хватает руку Флоранс и подносит к губам.