–  Сгинь!
– велел Пуфс.

Предоставленный сам себе великан мгновенно избавился от булавы и сунул палец в рот.

–  А посему тут фезде пластилинчик? Кто игрался в пластилинчик? Зигя хосет се-нить шладенькое! Где моя мама?
– заскулил гигант.

–  Ис-чез-ни!
– раздельно повторил Пуфс. Тело повернулось и, томясь, утопало искать Прасковью. Рамсес проводил его кошачьими глазками. Пуфс понял - к вечеру над ним будет потешаться вся канцелярия, и так разозлился, что в нем скис вчерашний ужин.

–  Пока щит у Мефа, мы хозяева его меча. По нашему приказу меч атакует того, кого мы выберем. Хотя бы и самого Троила, - сказал Рамсес.

Пуфс дернул себя за бородку. Он понимал радость Рамсеса: два столетия подряд тот терпеливо способствовал перерождению артефакта, после чего незаметно сплавил его в Тибидохс. И вот теперь в давно расставленную сеть заплыла наконец рыба.

–  Не факт, что Троил захочет увидеть Мефа!
– завистливо возразил Пуфс.

–  Перед решающим боем, который определит судьбу света и мрака? Уверен, что захочет… и тогда триумф мрака будет полным… меч Буслаева зарубит Троила, а Арей покончит с Мефом, - сказал Рамсес.

–  А как мы подгадаем момент, когда нужно направить меч в Троила? Насколько я понимаю, в Эдеме никого из наших нет, - поинтересовался Пуфс.

Рамсес усмехнулся.

–  Кто тебе сказал, что Троил будет встречаться с Мефом в Эдеме? Буслаев пока недостоин Эдема и не сможет туда попасть. Встреча произойдет в Москве. Других вариантов нет.

–  А обстоятельства?

–  Мы их создадим. Свет прикрывает Буслаева. За ним постоянно следуют двое златокрылых. Он об этом не подозревает, разумеется. Оба держатся на приличной высоте… Ну а дальше уже не твоя проблема, Пуфс! Занимайся своей работой! Меч Мефа у нас на службе.

–  Но это пока у него нет ножен, - вскользь заметил Пуфс.

–  Именно поэтому тебе приказано найти ножны в десятидневный срок и представить их в главную канцелярию!
– Рамсес глазками указал на пол, чтобы Пуфс лучше усвоил, чье это распоряжение. Зигги пожелтел, ненавидя Рамсеса с избыточной силой.

–  Не сочти за недоверие, но распишись, пожалуйста, что получил приказ… - сухо сказал Рамсес и сунул Пуфсу пергамент с иголкой. Получив заветное пятнышко крови, он спрятал пергамент и, кивнув Пуфсу, скрылся в трещине штукатурки.

Пуфс дернул веревку колокольчика. Почти сразу в кабинет просунулась голова младшего стража Фирса - похожая на вытянутую тепличную редьку, с торчащими пучком зеленоватыми волосами. Фирс рвался услужить, и Пуфс предположил, что сегодня, принимая комиссионеров, его юный помощник незаметно припрятал под ногтями несколько эйдосов. Техника простая: считая, сдвигаешь эйдосы пальцем, потом незаметно пропускаешь один под ногтем, который заранее смазываешь клеем или медом.

По неопытности Фирс подошел слишком близко. Его голодный дарх, извиваясь, потянулся к раскормленному дарху Пуфса. Пуфс предупреждающе кашлянул. Фирс торопливо дернул цепь и перекинул дарх за спину. Оба стража - начальник и подчиненный - притворились, что ничего не видели, и милейшим образом улыбнулись друг другу.

–  Садитесь, двуг мой!
– прелестно картавя, предложил Пуфс. Кончик носа у него приветливо порозовел.

Фирс осторожно опустился на краешек стула, заняв ровно столько места, сколько могла бы занять решившая отдохнуть муха.

–  Мне нужен лишенец!
– сказал Пуфс. Младшему стражу стало не по себе. Тот, кто вызывает лишенца, подвергает себя страшному риску.

–  С ним не договоришься! Что мы ему предложим?
– пролепетал он.

–  Не твое дело. Позови лишенца! Ближайшего, который найдется!
– вкрадчиво повторил Пуфс.

–  Может быть, тогда вы сами… - пискнул Фирс. Пуфс остановился. У него начал белеть нос. Фирс пугливо вскочил, приблизился к трещине в полу, соединяющей резиденцию с Тартаром, и пальцем начертил на плитах руну. Не хватало только маленького штриха. Собственно, этот штрих и был гарантом серьезности намерений вызывающего.

С укором оглянувшись на Пуфса, младший страж укусил себя за палец и поставил внутри руны жирную кровавую точку. Кровь вскипела и свернулась. Трещина в плитах пола заполнилась туманом. Начальник русского отдела и младший страж с беспокойством вглядывались в вытекающее из щели облако, однако лишенец неожиданно появился не из трещины, а серой дымкой вполз через заложенное кирпичом окно.

–  Я здесь, стражи! Говорите, что нужно, или тот, чья капля крови оживила руну, умрет.

Младший страж Фирс умоляюще уставился на Пуфса.

–  Ножны, - сказал Пуфс.
– Ножны Древнира! Лишенец не удивился. Только качнулся в воздухе, прохладной рукой коснувшись головы Пуфса.

–  Я найду ножны. Мы их найдем.

Лишенец стал распадаться на тени. Когда их стало семь, они застыли вокруг трещины молчаливым полукругом. Пуфс понял.

–  Ах да! Твои условия!
– сказал он. Голос лишенца шуршал как песок.