— Предлагаем сдаться, — раздалось над Индией. — В противном случае мы отравим газами муссоны, и Индия погибнет целиком.

— Страна, не имеющая своей химической промышленности, не может сопротивляться, — ответили предводители мятежа, — но наши массы отказываются сдаваться, придите и убейте нас.

— Хорошо, мы перейдем пока к нарывным газам, — ответили громкоговорители на перекрестках всех городов, — нам торопиться некуда, и мы можем начать опыт в большом масштабе.

ГЛАВА 17

Немного о конях, седлах И КУРГАНАХ. Кроме того, читатель должен испытать удовольствие, так как один из наших героев прибывает в великий город

— Вы утверждаете, такого человека у вас не было, и он не пытался осматривать фабрику?

— Утверждаю, — ответил инженер Ши.

Это был рослый японец с правильным, слегка смуглым лицом. Спрашивающий нервно прошелся по кабинету директора.

— Не исключена возможность, что он будет выдавать себя за сыщика Син-Бинь-У, если он догадается, что имя его — Кюрре — не безопасно.

— Успокойтесь, товарищ Син-Бинь-У, мы можем вас известить, если вам угодно.

— Нет ли его среди ваших рабочих? Он готов на все.

— Рабочие у нас работают по несколько лет.

— Он мог подкупить или спрятать одного из рабочих, дабы переодеться в его одежду.

Инженер слегка покосился на беспокойного китайца. Будучи сам лицом мало похож на азиата, он тяготел к лицам, на которых были правильные очертания кавказской расы. Этот китаец был белокур, высоконос и, если бы не желтизна, его можно было бы совсем принять за европейца.

— Я могу, товарищ Син-Бинь-У, провести вас по фабрике, и вы осмотрите всех рабочих.

Сыщик необыкновенно обрадовался.

— Пожалуйста… пожалуйста, товарищ.

Они начали осмотр с того, как на фабрику поступают огромные бревна, из которых позже вырабатывается бумажная масса, служащая для приготовления целлюлозы. Дальше они наблюдали, как в огромных, величиной с двухэтажный дом, котлах мелко расщепленное дерево кипятилось с кислым, сернокислым магнием при 140–170°. Дальше масса отбеливалась в громадных, плоских и широких, как черепаха, залах. Кое-где ее подкрашивали.

И наконец целлюлозу взмучивали в воде и мчали на бесконечной полосе, движущейся на вальцах, вода стекала сама грязными струйками вдоль машин, а остаток ее удалялся тем, что последние вальцы нагревались паром.

Легкий запах жженой кости чуть носился по корпусам.

— Чрезвычайная огнеопасность целлулоида не раз служила причиной несчастных случаев. Легкая воспламеняемость целлулоида зависит от содержания в нем азотнокислой целлюлозы. Так же у пороха, такая же воспламеняемость зависит от содержания азотнокислого калия — селитры. Легко себе представить, что другая соль… Вместо азотнокислой целлюлозы мог бы оказаться пригодным другой эфир…

— Вы говорите об уксуснокислом триаценте целлюлозы, применяемом Эйхенгрюном при приготовлении несгораемой целлюлозы? У нас гребенки…

Инженер удивленно взглянул на сыщика. Тот поперхнулся и замолчал, но через секунду инженер, увлеченный своим производством, продолжал объяснять приготовление несгораемой целлюлозы.

Наконец странный китаец, не обращавший внимания на рабочих, спросил:

— А где у вас производство неломкой целлюлозы?

— О, несгораемая, неломкая целлюлоза со свойствами каучука!

Сыщик даже схватил инженера за руку:

— Вы говорите, каучука-а…

— Ну да, каучука. Вы представляете переворот в химической промышленности, когда наши фабрики выпустят целлюлозу со свойствами каучука?.. Мы убьем всякую конкуренцию. Наши древесные возможности…

Сыщик проговорил утомленно:

— Нету.

— Как нет, когда у нас уже производятся установки, и мы скоро выпустим по моему способу… Еще два-три месяца, и целлюлоза Ши…

— Нету.

— Как нет, когда я мог вам…

— Нету.

Наконец инженер взглянул на потускневшее лицо сыщика.

— Что с вами?

— Его здесь нету, — сказал сыщик, направляясь к выходу.

Подойдя к конторе завода, он, по-видимому, овладел собой и спросил спокойно:

— Вы мне можете, гражданин Ши, показать ваше вещество?

— Целлюлозу?

— Да, несгораемую, непромокаемую и как там дальше… Меня это мало интересует, но кое-какие дедуктивные заключения я имею честь…