Издали донесся легкий топот. Алексей оглянулся: рысью сюда бежал Павел. Журналист мельком позавидовал энергии студента; сам он под своими тяжкими одеждами был весь мокрый, пот противно щипал лицо… а Пашка в бронике носился пулей – вот она, молодость!

– Удрать хотел, сволочь! – задыхаясь, возвестил Рябинин. – Завалил я его… Это что?

Голос съехал в никуда: Павел увидел мертвого друга. Окаменел. Потом резко поднял голову:

– Как это?

– Ну как-как! – буркнул Костенко. – Вон, у них спроси как, – кивнул на покорных бандитов.

– Ах, вот как, – со зловещим спокойствием сказал Павел и спрашивать ничего не стал.

Длинная очередь хлестнула по лежащим.

И вновь, как тогда, в технопарке, Алексею почудилось, что он попал в мгновенный обморок – тела дергались, как Петрушки на ниточках, и тут же бессильно обмякали. Миг – и четыре новых трупа на земле.

Костенко сделал скачок в сторону не хуже горного козла – одна из пуль впилась в асфальт в трех сантиметрах от его ноги.

– Да ты!..

В бешенстве сержант с размаху заехал Рябинину в челюсть – студента снесло, как ветку, он шмякнулся, проехал полметра на заднице, беспощадно стирая ткань джинсов.

Тут как тут очутились Зверев и Мустафин.

– Вы что?! Че за дела?..

– Что! Вон, у этого мудака спроси, что! – яростно крикнул сержант.

Михаил глянул на тела, из-под которых медленно и густо выползала кровавая слякоть, потом на поднимающегося Павла:

– Ну ты и мясник, парень… Пленных поубивал – герой, да?

Потом махнул рукой.

– Ладно, хер с ними. Задачу ты нам облегчил, а то я не знал, что с ними делать, с уродами. Но впредь без моего приказа пусть никто даже не пукает во время боевых действий, – проворчал омоновец. – Развели самодеятельность, понимаешь…

– Давайте сюда «газели», – спустя минуту крикнул своим Зверев, – будем склады шерстить.

Вскоре они уже возились возле длинного строения первого мебельного склада. Были еще два.

– Надо бы посмотреть везде, – суетилась Тамара, – что получше взять…

– Чепуха, – отрезал Михаил, – главное сейчас – кровати. Диваны брать не будем, слишком громоздкие. Возьмем разборные кровати, их больше поместится в кузов.

– Но ведь и столы со стульями нужны, – принялась горячо доказывать женщина. – А вещи где держать, одежду? Опять же нужны шкафы и тумбочки.

– Дойдет и до них очередь, – командир экспедиции был непреклонен. – Вот когда… – начал он было развивать тему, но закончить ему не дали.

Грохнул выстрел.

– Не дергайтесь, – крикнул громкий властный голос. – Оружие на землю!..

В первом десятилетии нового века некогда всесильная контора, претерпевшая за последние годы ряд изменений, реорганизаций и переименований, по значимости и востребованности уступила пальму первенства другой структуре. Из всех силовых ведомств на первый план вышло МЧС: от года к году множились всевозможные природные и техногенные катаклизмы.

Министерство по чрезвычайным ситуациям и гражданской обороне теперь имело свои специальные подразделения, прекрасно оснащенный технопарк и уйму возможностей. Вот и здесь, в городе, «Бастион» – когда-то здание Управления ФСБ – перешел к эмчеэсовцам, а комитетчики съехали в более скромный дом.

Генерал Ненашев оказался пророком – что вряд ли его сейчас радовало…

Штаб, оставленный в изолированном городе для контроля над ситуацией, очень быстро понял, что ничего контролировать он не в состоянии и единственное, что можно сделать, – это спастись самому, то есть закуклиться, отгородиться от хаоса и безумия в здании «Бастиона», спланированном с расчетом на автономное обеспечение. Мощные стены и коммуникации этого современного замка давали надежду переждать катастрофу до какого-то ее разрешения. И начальники забаррикадировались там, предоставив судьбе решать все самой.

Кое-где в городе возникали отряды самообороны, пытались превратить свои дома в крепости, но все это была кустарщина, и шансов уцелеть в такой страшной передряге у них почти не было. На всей городской территории мало-помалу определились три точки, где люди, привычные к военной дисциплине, сумели создать боеспособные отряды, готовые дать отпор кому угодно – хоть зомби, хоть одичавшим мародерам. Это были: «Бастион», склады МЧС и ментовская колония, где верховодил теперь бывший капитан спецназа Абдульманов по кличке Батыр…

В колонии все как-то понемногу устаканилось. Поначалу за дело взялась спецура из пятого отряда: проверили всех оставшихся на зоне и выживших сотрудников, затем просеяли каждого бээсника из других отрядов. Вроде все нормальные, на зараженных не смахивали.

Батыр сделал Слепяна своей правой рукой, и таким образом состоялось братание осужденных и их бывших надзирателей. До самого тупого дошло, что началась совсем другая жизнь. Выживать отныне придется сообща.

Бээсникам из других отрядов дали свободу, а вот оружие решили не давать. Кто их, болезных, знает: чего у них там на уме? Лучше перебдеть, чем недобдеть…