— Справлюсь. Лучше, чем Элиот.

— Он поглотит тебя, возьмет в плен! Ты слаб!

— Все будет хорошо.

Янек помолчал, а потом, четко чеканя каждый слог, произнес:

— Мастер Дагар, я принимаю ваше предложение. С этого момента вы мой учитель.

Дрессировщик скривился, но договор уже был заключен, ему не оставалось ничего, кроме как принять его.

— Я знал, что так случится, — мастер расстегнул верхнюю пуговицу и извлек из-под рубашки медальон, вытесанный из плоского черного камня в виде силуэта дракона. — Нарекаю тебя своим учеником. — Дагар надел медальон на шею плотника. — Теперь мы связаны обязательствами, и этот камень, заряженный энергией истинно свободных, не даст нам об этом забыть.

Дрессировщик посмотрел в небо.

— Твой первый урок заставить эту скотину зайти в клетку.

"Ты слышал? — ликующе крикнул про себя Янек, убирая доказательство ученичества под рубаху. — Я теперь ученик дрессировщика!"

Дракон слышал. Эргхарг спикировал вниз. Перед самой землей он расправил крылья и грациозно приземлился в пяти тереллах от кибитки.

— В клетку его, — процедил сквозь зубы Дагар.

Янек улыбался. Дракон слушался его лучше, чем дрессировщика, и действительно умел читать мысли.

Молодой человек сделал шаг навстречу животному. Дракон замер и даже, кажется, перестал дышать.

"Я тебя не боюсь", — улыбнулся плотник и подошел к Эргхаргу.

Дракон пах сухими листьями и кровью, от его тела шел жар, белые плети усов подрагивали. Янек остановился в локте от истинно свободного и нерешительно протянул руку. Эргхарг наклонил голову, показывая, что луноликий может дотронуться до него.

"Спасибо", — Янек вздохнул и положил ладонь на нос дракона. Нос был очень горячий.

— Отойди от него! — завопил Дагар и решительным шагом направился к плотнику.

Эргхарг моргнул, и Янек отпрянул.

— Прочь!

Дрессировщик наклонился и поднял с земли камень, но прежде чем он успел замахнуться, дракон выдохнул, и мастера окутало вонючее облако сизого дыма.

— Скотина! — закашлялся Дагар.

Янек рассмеялся, а Эргхарг прищурил оранжевые глаза и направился к клетке.

Весь день Сиянка наблюдала за господином Скогаром: как он ел, как ходил, как общался с другими претендентами на престол и руку ее высочества, пытаясь заметить что-то необычное, что доказало бы девушке иноземное происхождение торговца. Однако мужчина ничем не выдал себя, и, что самое страшное, отец общался с ним больше, чем с другими гостями. Фархат предложил мужчинам еще две темы для обсуждения, и снова остался доволен лишь ответами живого мертвеца. Скогар словно приворожил короля, и тот, несомненно, принял решение.

Приняла решение и Сиянка. Она активирует шкатулку, нужно только дождаться подходящего случая. К счастью, случай вскоре представился.

После сытного ужина и обильных возлияний синего вина, кружащего голову ничуть не хуже самой ядреной браги, король пригласил гостей в дворцовый театр.

— Устроим небольшое развлечение, — предложил он. — Конкурс вместо рыцарского турнира. Вы приехали сюда в надежде занять место правителя одной из величайших стран Аспергера, так покажите же, кто вы такие и чего стоите.

Подвыпившие гости приняли новое увеселение с воодушевлением, ведь каждый из них считал себя лучше прочих, и получил возможность показать это. А Сиянка сникла. Отец был изрядно пьян, а это значит, "смотр женихов" закончен. Что бы ни показали и что бы ни рассказали гости на сцене, отец отнесется к этому просто как к развлечению, иначе не стал бы пить синее вино, единственный напиток, способный опьянить короля Сартра. Фархат принял решение, и девушке предстояло сделать так, чтобы отец от него отказался.

Дворцовый театр располагался в специально построенном деревянном здании, украшенном резьбой. Из прихожей, обитой красным бархатом и белым ил’лэрийским шелком, можно было пройти в зрительный зал, рассчитанный на пятьдесят человек. Сиянку, впрочем, как и королеву, Фархат в театр не пригласил, решил оградить Лисерию от лицезрения бахвальства пьяной толпы самодовольных богачей, а на дочь просто не обратил внимания. Это он выбирал себе преемника, а не девчонка — красивого муженька.

Сиянка не обиделась, ведь из каждого события, пусть даже неприятного, можно извлечь пользу. Если, конечно, ты не глуп. Девушка подождала, пока шумная толпа скроется в театре, и вошла в заднюю дверь, предназначенную для актеров. В дни представлений закулисье кишело народом, но сегодня там не было ни единого человека — его величество король Сартра не предупредил слуг о намерении посетить театр.