— Не против со мной потолковать? Отойдем вон туда в сторонку, к камешкам.

«Камешками» было нагромождение огромных, отполированных водой до стеклянной гладкости валунов, вдававшееся с берега широким рваным языком в море метров на двадцать. Поблизости от камней никто не купался, если Дрон собирался наконец затевать тот разговор, то место у каменного языка было для разговора самым подходящим.

Не доходя до камней метров трех, Дрон остановился. Лег на спину, закрыл глаза, полежал мгновение и, шумно взмахнув руками, взбив веер брызг, встал на дно.

— Нет, кто бы как ни хаял, а мне место нравится, — проговорил он. — Нам, привыкшим к советской бедности, ничто не в лом, да ведь?

— Тебе?! — с нажимом, иронически произнес Рад.

— И мне, и мне. — Дрон всхохотнул. — Что там мой батя был замминистра. Ты же бывал у меня. Слезы, не дом! У госслужащего средней руки в Штатах лучше. Но я только имел в виду, что за все в жизни нужно платить. За тихую жизнь на острове, надо, скажем, платить меньшим комфортом. И мы, бывшие советские люди, совки, это хорошо понимаем. Понимаем, да, Рад?

Что Рад понял, так это то, что Дрон приступил к тому разговору.

— Понимать, Дрон, не всегда значит «принять», — выдал он родившуюся в нем максиму. Ничего на самом деле не значившую. Так, глубокомысленное изречение на пустом месте. — Все зависит от конкретных обстоятельств места и времени.

— Конкретные обстоятельства места и времени состоят в том, — отозвался Дрон, — что о тебе навели справки. Извини, но это пришлось сделать.

— Так, — сказал Рад. Известие было не из приятных, но вполне ожидаемым. — И что проверка?

Вскинув кисть, Дрон ударил по воде, выбив в воздух пластину горного хрусталя. Рад попытался уклониться, но не успел, и лицо окатило соленым фонтаном.

— На тебя отличные характеристики, Рад! — воскликнул Дрон. — Мне даже не хочется им верить: так не бывает! Ты вместилище чуть ли не всех добродетелей!

Рад сделал вид, что собирается брызнуть в Дрона водой по его примеру, тот дернулся в сторону — и напрасно. Рад удовлетворенно усмехнулся.

— Это тебя, конечно же, обманули, — сказал он. — Я не Иисус Христос, чтобы быть вместилищем добродетелей. Но долг я тебе отдам. Не зажму. В этом ручаюсь.

— Отработаешь, — наставив на него палец, произнес Дрон. — Проявишь достоинства. Нормальный вариант?

— Как я должен отработать? Надеюсь, ты не в киллеры меня прочишь?

— О, упаси боже! — Дрон поморщился. — Какой из тебя киллер. Порядочная цивильная работа. Офисная специальность. Пока ты ею не владеешь. Нужно будет осваивать.

Он прервался, явно ожидая от Рада нового уточняющего вопроса, и Рад задал его.

— Что за офисная специальность?

— Банкротить предприятия, — тотчас ответил Дрон. — Кризисный управляющий — так, кажется, называется. Я не большой спец в этой терминологии.

Раду уже не хотелось изображать, будто он собирается брызнуть в Дрона водой.

— Ты мне рейдером, что ли, предлагаешь быть?

— Рейдером? — переспросил Дрон. — Raid, — произнес он по-английски. — Raider… Налет. Налетчик… Ах, рейдером! — До него дошло, что означает это слово. — Что тебе все мерещится: киллер, рейдер. В галстуке будешь ходить, в галстуке. На машине ездить. Ты математик, мозги у тебя есть, тебя натаскают — и вперед. Давай вернемся поглубже. — Дрон боком, помогая себе гребками рук, запрыгал по дну на глубину.

Легкая волна, шедшая с моря, заставляла их все время переступать ногами, сдвигая к берегу, и, разговаривая, они переместились к нему на несколько метров, так что вода, доходившая им до ключиц, доставала теперь только до пояса.

Рад опустился в воду и неторопливым брассом проплыл за Дроном эти несколько метров, на которые их снесло.

— А почему я? Есть, полагаю, другие, которых и готовить не надо? — спросил он, когда они снова стояли напротив друг друга.

Дрон помедлил с ответом. Потом брови его стремительно проиграли словно некую музыкальную гамму.

— Потому что у других не такие характеристики. Нужен человек, на которого можно положиться. Который не обманет. Для которого вернуть долг — дело чести. Для тебя вернуть долг — дело чести?

— Безусловно.

— Вот поэтому ты, — незамедлительно ответствовал Дрон.

Горние ангелы, певшие вчера в Раде, молчали. Ни звука их голосов не было в нем, ни звука их труб. Небо, распахнутое вчера до высших сфер, было наглухо запечатано и висело над самой головой, словно подвальный свод.

— Слышал я об этой профессии, — проговорил Рад. — Грязноватая работенка. Сучьим делом предлагаешь мне заниматься. Выбрасывать людей на улицу, выворачивать у них карманы…