Справившись с ботинком, Целлер уставился на вошедших, а потом медленно произнес, чеканя каждое слово:

— Я не знаю, майор, от имени какого рейхсфюрера вы действуете, но совершенно очевидно, что вы недостаточно хорошо осведомлены о настоящих границах вашей компетенции.

В ту же минуту, к удивлению Заукера и его товарищей, в комнату вошел комендант аэродрома, сопровождаемый тремя солдатами. Обращаясь к майору, комендант велел:

— Прошу вас немедленно сдать оружие и проследовать за мной. Дом под прицелами пулеметов, так что, пожалуйста, без глупостей и необдуманных движений.

Заукер насмешливо поглядел на коменданта и спокойно заметил:

— Вы даже не представляете, во что вмешиваетесь. Занимались бы лучше самолетами да внимательней следили за тем, в чье распоряжение их предоставляете. Всегда надо быть уверенным в том…

Комендант бесцеремонно перебил майора:

— Прежде всего, я уверен в том, что солдат нашей армии обязан подчиняться приказам вышестоящего начальства, а тем более, приказам рейхсфюрера и его доверенных лиц из руководства страны.

— Тогда вам надлежит немедленно арестовать этих господ. И это пока мой первый приказ.

— На каком основании вы отдаете мне распоряжения?

— На том основании, что я действую по приказу рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера. Или вы тут в России совсем с ума спятили, и вам этого стало недостаточно? Может, вы напрямую подчиняетесь самому фюреру?

Заукер был уверен в себе. И потому не ожидал услышать от коменданта…

— Вы предъявили мне документы офицера СД. Но на вас форма дивизии вермахта. Никто о вашем визите не предупреждал. Глядя на вас, возникает много вопросов. Что же касается господина Визе, на его счет из Берлина пришла специальная директива, предписывающая оказывать ему и его группе всяческие содействие и защиту. Я полагаю, защищать его надо, в том числе, от вас и ваших людей. Давайте уже быстро сдайте оружие и следуйте за мной!

— Вы бредите, комендант, — Заукер начал терять контроль над собой. Пауль и Вальтер с каменными лицами наблюдали за происходящим, не выпуская из рук автоматов. — Не в вашей компетенции знать, зачем нам нужен этот господин и его группа, но я скажу вам, что вы в любой момент можете связаться со штабом дивизии «Рейх» или, черт побери, со штабом самого командующего господина Фон Бока, где вам подтвердят мои полномочия. Не совершайте ошибок, чи которые потом придется заплатить слишком высокую цену. Это вам говорю я, штурмбанфюрер Заукер.

— Штурмбанфюрер… я согласен с вами, я не хочу ошибиться. Но мне кажется, если я вас послушаю, то уж точно попаду в историю. Меня не проведешь. Этот разговор ни к чему не приведет. Эй, солдаты…

— Постойте, комендант, — Целлер поднялся с табурета, и фон Заукер с удивлением отметил, что командир «потерянной группы» отличается поистине богатырским телосложением, правда, руки длинноваты. А так, стопроцентный ариец с картинки: белокурый, голубоглазый, и, судя по всему, из породы «толстокожих», непробиваемый, как русский танк Т-34. — Постойте… Я хочу поговорить с офицером наедине. Только предупредите тех, кто остался на улице, а то пристрелят. И оставьте нас, пожалуйста.

Комендант вышел на секунду и тут же вернулся. Целлер жестом предложил Заукеру следовать за ним на улицу. Солнечного света с каждой секундой становилось все меньше. Заукер вопросительно взглянул на Целлера. Тот вздохнул.

— Послушайте меня минуту. Я верю, что вы выполняете приказ сверху. Но я также знаю, что он не мог быть получен вами от рейхсфюрера. Мы оба это знаем, ведь правда?

— К чему вы клоните, Целлер? Я гоняюсь за вами больше месяца. Очень влиятельные люди в СС хотят знать, с какой стати группа, отправленная на поиски сокровищ северного озера, вдруг совсем от рук отбилась. Ваше собственное поведение не кажется вам странным?

— Ну, и что это за влиятельные люди? Кто вас сюда направил? Каков уровень их компетенции? Заукер, мне печально это говорить именно вам, ведь я кое-что слышал про вашу преданность Германии, ордену СС. Но вы в этой игре пешка, потому что…

— Да? — Заукер начал нервничать. — Что вы тут разыгрываете спектакль о степенях посвящения?! Что бы вы ни устраивали с помощью этого кретина коменданта, вам придется отвечать за нарушение приказа и дезертирство.

— Да послушайте, наконец! Если мы сейчас начнем выяснять отношения и впутывать сюда коменданта, действительно, законченного идиота, в этом я с вами согласен, пострадает наше дело… — Целлер помолчал несколько секунд, а после заговорил очень быстро и почти шепотом: — Вы ведь в курсе, что миссия, которая мне поручена, является сверхсекретной?

— Допустим.

— Но вы не знаете, в чем дело, верно? То есть, вы не посвящены в детали?

— Мне это ни к чему. Мое дело найти и, если нужно, принять меры.

— Погодите… Вы сейчас никаких мер принять не можете физически, да и не нужно. То, что вы меня нашли, делает честь вашей настойчивости и говорит о везении. Появись вы на час позже, и мы бы уже с вами вряд ли увиделись. Значит, судьбе было угодно, чтобы наши пути, вопреки всему, пересеклись. Заукер, вы и ваши люди — участники игры, настоящие правила которой вам не известны. Я не могу посвятить вас во все детали, но главное скажу. Дело в том, что наша настоящая миссия известна лишь самому Гиммлеру и Зиксу… Вы знаете профессора Зикса.