О, дерьмо!

Он повернул к Норвичу. Проехал мимо обветшалого стрельбища, принадлежавшего миссис Лоуп, гадальщице по ладони, которая держала цыплят во дворе. Ромео прикинул, не влияет ли на цыплят это соседство. Похоже, что нет. Но их вряд ли можно назвать нормальными цыплятами. Когда бы Ромео ни проезжал мимо, они глазели на него сквозь щели в заборе, словно ждали. Их глазки-бусинки провожали машину. «Откуда цыплята могут знать о моем появлении и уходе? А если знают они, то, наверно, знает и миссис Лоуп. Понятия не имею, что это, мать-перемать, означает, но сдается мне, в этом нет ничего хорошего».

БАРРИС доехал до полицейского участка и связался с информационным центром. Он хотел выяснить все, что можно, о Шоне Макбрайде.

Точных сведений оказалось немного.

Место жительства: Дейтон, Огайо.

Прерывание местожительства и возвращение: 1994 год.

Приостановление действия лицензии: 1997 год.

Гражданский иск за невыплаченную ренту: 1998 год.

Правонарушение, связанное с хранением марихуаны: 2000 год, условный срок.

Так оно и должно было быть, если не считать, что симпатичная физиономия на мутном снимке, которая в 1997 году казалась мрачноватой, в 2003 году обрела пронзительный взгляд и скользкую улыбку.

Барриса удивило, что данные так коротки.

Он повел машину по 341-й дороге к магазину Чамми, где попросил позвать управляющего, но продавец сказал, что сегодня того нет. В субботу мистера Ху не бывает.

Баррис показал свой блестящий значок:

— Так раздобудьте его.

Продавец позвонил, и мистер Ху вскоре явился. Он был родом из Кореи, или Лаоса, или откуда-то из тех мест, и у него имелись трудности с языком, но он старался быть предельно обязательным. Баррис объяснил, что у него есть несколько вопросов касательно победителя джекпота. Он попросил проверить данные видеосистемы.

— Вы хотите узнать, когда был куплен выигрышный билет?

— Нет, мне нужны данные за следующий день. За четверг.

— Хорошо.

Мистер Ху был очень услужлив. Он провел Барриса в свой маленький кабинет и вставил диск. Это была старая дешевая система, с «рыбьим глазом». Покупатели входили в магазин, торопливо обегали его, останавливались у кассы и снова убегали. У одной толстой пары была такая смешная походка, что мистер Ху разразился смехом, но тут же спохватился и снова закаменел лицом.

Внезапно на экране возник Шон Макбрайд, который вошел в магазин.

— Медленнее.

Кадры пошли по одному. Макбрайд, весь в поту, выглядел усталым. Он остановился привести себя в порядок прежде, чем подойти к кассе. Был виден только затылок Черилл. Она что-то протянула Макбрайду — что именно? Он не платил, а просто вышел из магазина.

— Что она дала ему?

— Для шин, — сказал мистер Ху.

— Манометр? — уточнил Баррис.

Мистер Ху кивнул.

— Давайте дальше, — сказал Баррис.

Мистер Ху перепрыгнул к кадрам второго появления Макбрайда. Теперь за прилавком стоял мистер Ху, а Черилл у окна. Макбрайд протянул манометр мистеру Ху и отошел поговорить с Черилл. Их было еле видно. Через минуту Макбрайд покинул магазин.

И тут же в магазин вошли пара мужчин с телекамерами.

Вот как оно было. Шон исчез.

— Вы помните этого парня? — спросил Баррис.

— Нет, не помню.

— У вас есть изображение его машины? Имеется у вас внешняя камера?

Мистер Ху проверил другой диск. С камеры, которая глядела на насосы, — но в течение всего времени, о котором шла речь, в поле зрения не появилось ни одной машины. Хотя ничего удивительного, поскольку Макбрайд не заливал горючее. Он подкачивал шины, так что мог припарковаться у воздушного насоса.

Но Баррис и мистер Ху обратили внимание, как кто-то отъехал со стоянки; изображение было довольно расплывчатым, но это вполне могла быть машина Макбрайда.

Баррис покачал головой:

— Хорошо. Можете выключить.

Что мистер Ху и сделал.

— Я полагал, — сказал Баррис, — что магазин, продающий билеты, имеет с них какой-то доход.

— Только не я, — сказал мистер Хью. — Я всего лишь управляющий.

Он удовлетворенно улыбнулся. Словно был полностью счастлив, что не принимает участия в дележке этого пирога, — и в то же время доволен, что крылатая Фортуна предпочла приземлиться на плечо какого-то другого бедняги, а не на его.

ШОН вместе с Митчем нанес визит большой финансовой шишке Генри Лонсдейлу. Тот жил в безвкусной усадьбе на Блэк-Банкс, неподалеку от острова Сен-Симон. Полосатые стены, нависающие балконы, окна со стеклами, покрытыми морозными узорами. От подъездной дорожки горничная провела их мимо беседки с колоннами в кабинет, под который был оборудован вестибюль в двадцать футов высотой. Одна стена была отведена под рыбацкие трофеи и почетные грамоты за успехи в рыболовстве.

Появившийся Лонсдейл представился. Шон спросил его: