— Катя, а что ты скажешь?

— Папа, я говорила Мише, что согласна стать его женой, и подтверждаю это, потому что люблю его. А что касается учебы, то и ты и мама, знаете, что я сама мечтаю поступить, и уверена, что Миша будет мне только помогать.

— И ты готова бросить нас и уехать с чужим человеком чуть ли не в Америку?

— Папочка, ты же понимаешь, что это неизбежно, и этот человек уже не чужой, я же вижу, что ты его так не воспринимаешь, мне будет грустно расставаться с вами, но мы же будем приезжать, правда, Миша?

— Я обещаю, что вы встретитесь с Катей этим же летом. Сам я наверно не смогу приехать, а Катя приедет, я даю слово. Павел Кириллович, можно мне сказать вам два слова наедине?

— Тогда пойдем на балкон.

— Павел Кириллович, я понимаю, что для вас это большая неожиданность, к свадьбе вы не готовились, времени не так уж много, я хочу сказать, что средства, которые потребуются для свадьбы, у меня есть.

— Миша, эти средства вам потребуются после свадьбы, а свадьба — это уже наши заботы. Сколько у тебя времени?

— На работу мне 26 января. Павел Кириллович, я не знаю, принято ли благодарить родителей невесты за их согласие отдать замуж свою дочь, но я чувствую огромную благодарность.

— Пойдем за стол.

В этот день Михаилу удалось убедить родителей, что продолжать работу на заводе для Кати уже нет смысла, и было решено, что Катя уволится на этой неделе.

Уже во вторник они подали заявление в Загс, и стали с нетерпением жать регистрацию брака.

В среду Миша привел, наконец, Катю к своей сестре.

— Катенька, какая же ты красивая, господи, не зря мне так не терпелось тебя увидеть, — щебетала Ирина, — я видела твои фотографии, но и представить не могла, что в жизни ты еще красивее. Дай, я тебя расцелую. Я работаю в Управлении по строительству при заводе, в отделе кадров, а это другое подразделение, у меня даже пропуска нет в ваш цех, поэтому я и не могла тебя увидеть, а мне так хотелось! Проходи, Катюша, садись сюда, посмотри, как Миша цветет, глядя на тебя, представляю, каково ему было на Камчатке ждать встречи с тобой!

Немного позже Ирина сказала:

— У меня появилась идея. Хорошую шубу вы здесь не найдете, (Миша хотел подарить Кате шубу для Камчатки) а вот в Москве найдете легко. Завод имеет самолет ЯК-40, который летает в Москву два раза в неделю, кроме того, в Москве есть небольшая заводская гостиница для командировочных. Если Катеньку родители отпустят, то я могла бы отправить вас под видом командировочных. Мне это легко устроить, а вам, я думаю, такая прогулка понравится, к тому же все это бесплатно.

От такой идеи и Миша, и Катя были в восторге, и уговаривать родителей отправились вместе. Наверно Миша все-таки понравился Павлу Кирилловичу, потому что родители согласились неожиданно легко.

В Москве самолет приземлился поздно, поскольку вылетел с задержкой, поэтому к гостинице они приехали на такси к двум часам ночи. Гостиница представляла собой четырехкомнатную квартиру, ключ от которой лежал в условленном месте. Каждое утро приходила уборщица, для которой постояльцам полагалось оставлять в сутки по одному рублю. Вот и весь обслуживающий персонал.

Такси остановилось у нужного подъезда, Миша вызвал лифт, и они поднялись на девятый этаж. Ключа на месте не оказалось, и Миша позвонил. Дверь открыл мужчина в тельнике.

— Простите, что разбудили, принимайте новых жильцов.

— А кто вы будете?

— Мы художники из Управления по строительству — ответил Миша фразой, заготовленной еще в Запорожье.

— Проходите.

— Девушку зовут Катя, а я Михаил.

— Василий.

— Есть свободные койки, Василий?

— Две койки найдется.

— Нам достаточно одной, Катя — моя невеста.

Миша понимал, что сделал очень рискованное заявление, но Катя промолчала.

— Поздравляю. В той комнате есть кровать пошире, а ванная там, располагайтесь, а я пойду досыпать.

— Еще раз извините, была задержка рейса, спасибо, Василий, спокойной ночи.

— Катенька, прости меня за эту импровизацию — сказал Миша, когда они остались вдвоем — ты на меня не сердишься?

— Нет, Мишенька, ничуть. Мы ведь в походных условиях — улыбнулась она.