— Я понимаю, Сид.

Мы все издали соответствующие восклицания.

— Майк был незаменим, — повторил адвокат. — Но… ему нужно найти замену.

Он задрал подбородок вверх, наслаждаясь своим юмором, и в этот миг я осознал, что не было ни одного несчастья в мире — ни войны, ни геноцида, ни голода, ни детского рака, — в котором Кролл не смог бы разглядеть забавную сторону.

— Я уверен, что Адам одобрит наши усилия, если мы найдем ему другого помощника. В конце концов, дело сводится к его личной привязанности.

Очки Кролла сверкнули в свете лампы, когда он повернулся ко мне.

— Вы прокачали тему?

— Еще не успел, — ответил я.

— Жаль. Адаму нравится работать с людьми, которые уже нарастили мышечную массу информации.

Квайгли, все еще дрожавший от «затрещины» Мэддокса, попытался восстановить свой пошатнувшийся авторитет.

— Я знаю хорошего писателя из «Гардиан», который дважды в неделю занимается в тренажерном зале.

Наступила неловкая пауза.

— Может быть, обсудим практические аспекты работы? — предложил собравшимся Рик.

— Прежде всего нам нужно уложиться в месяц, — сказал Мэддокс. — Это пожелание Марти, которое я полностью разделяю.

— В месяц? — переспросил я его. — Вы хотите книгу через месяц?

— Рукопись уже существует, — ответил Кролл. — Она просто нуждается в некоторой обработке.

— В большой обработке, — мрачно добавил Мэддокс. — Ладно. Рассмотрим вопрос с другого конца. Мы планируем выпустить книгу в июне, значит, рассылка тиража по магазинам должна пройти в мае. То есть на редактуру и печать отводятся март и апрель. Итого, мы должны получить текст к концу февраля. Его тут же начнут переводить на немецкий, французский и итальянский языки. Для серийных заказов нам нужно разместить статьи в газетах и журналах. Публицистические обзоры принимаются в фиксированные сроки. То же самое относится и к телевидению. Кроме того, нам необходимо зарезервировать место на складах. Поэтому конец февраля — это предельный срок. В вашем резюме мне понравился один момент: вас считают опытным писателем, который может выполнить заказ в кратчайшие сроки.

Он взглянул на страницу печатного текста, где, судя по всему, были перечислены мои работы.

— Вы производите приятное впечатление.

— Он ни разу никого не подводил, — заверил его Рик, обнимая меня за плечи и прижимая к себе. — Это мой парень.

— Плюс ко всему вы британец. Я думаю, что «призрак» Лэнга должен быть британцем. Чтобы книга получилась в добрых старых тонах.

— Мы согласны, — сказал Кролл. — Но работать вам придется в Штатах. Адам полностью задействован в американском лекционном туре и в программе по сбору средств для своего фонда. Не думаю, что он вернется в Великобританию раньше марта.

— Месяц в Америке! — вскричал Рик. — Так это же прекрасно, верно?

Он нетерпеливо посмотрел на меня, желая, чтобы я сказал «да». Однако в тот момент в моем уме крутилась мысль: месяц! Они хотят, чтобы я написал книгу за один месяц…

Я медленно кивнул.

— А вы не будете против, если я на какое-то время привезу рукопись сюда, чтобы спокойно поработать над ней?

— Она останется в Америке, — бесстрастно ответил Кролл. — Мы хотим гарантировать абсолютную конфиденциальность. По этой причине Марти предоставил Адаму свой особняк на Мартас-Виньярде. Там вас никто не потревожит. Доступ к рукописи имеют лишь несколько человек.

— Вы так говорите, как будто речь идет не о книге, а о термоядерной бомбе! — пошутил Квайгли.

Никто не засмеялся. Он огорченно потер вспотевшие ладони и добавил:

— Надо бы взглянуть на рукопись одним глазком. Возможно, я взялся бы за ее редактуру.

— Теоретически никто не возражает, — сказал ему Мэддокс. — Но реальные дела мы обсудим позже.

Он повернулся к Кроллу:

— В этой схеме не учтен контроль над процессом правки. А нам ведь нужно проверять, как продвигается работа.

Пока они обсуждали контроль над соблюдением сроков, я наблюдал за Квайгли. Он сидел прямо, но совершенно неподвижно, словно одна из тех жертв в фильмах ужасов, которую пронзают кинжалом и которая, стоя в толпе, незаметно для всех умирает. Его рот слегка приоткрывался и закрывался, будто он шептал предсмертные слова. Однако даже в тот момент я понимал, что в его рассуждениях имелся разумный смысл. Если Рой являлся редактором, почему он не мог увидеть рукопись? И почему она хранилась в особняке на острове у Восточного побережья США?

Почувствовав локоть Рика, вонзившийся в мои ребра, я повернулся к Мэддоксу. Он как раз обращался ко мне:

— Когда вы могли бы отправиться в путь? Допустим, мы остановим свой выбор на вас, а не на ком-то другом. Как скоро вы можете вылететь в Штаты?

— Сегодня пятница, — ответил я. — Дайте мне на сборы один день. Тогда я смогу отправиться в путь в воскресенье.

— И начать работу в понедельник? Это было бы чудесно.

— Вы не найдете никого, кто двигался бы быстрее этого парня, — сказал Рик.