— Не знаю, не знаю, — покачивает она головкой.

— Пойдем в корчму, тебе нужно проследить за самочувствием раненого, и там я постараюсь расплатиться с тобой за своевременное оказание помощи, — шепчу ей на ушко.

— Матвей, твой племянник слишком дорого себя ценит, — громко заявляет стервочка, умудряясь при этом еще и фыркнуть.

Ну держись, сама виновата. Остальных волчиц рядом нет — они заняты всеобщей суматохой. На помощь тебе никто не придет. Мои руки, продолжая удерживать Нату, начали практическое изучение анатомии женского тела, уделяя особое внимание его основным отличиям от мужского.

— Влад, перестань, — зло зашипела Ната, начиная вырываться.

— Не-а.

— Ну люди же кругом, — продолжала она, пытаясь закрыть своими ручками наиболее уязвимые места.

— И что? — нахально заявил я и, поймав губами ее розовое ушко, начал нашептывать в него сокращенный вариант практического изучения камасутры.

— Влад, прекрати, стыдно, — обессиленно прошептала Ната, не прекращая, впрочем, сопротивления.

— Ладно, — перестал я, — но только ненадолго, мне еще рубцы с тела сводить надо. Скажешь остальным девчонкам, что идешь со мной по делу.

Ната, сердито посматривая на меня, начала торопливо поправлять платье.

— Закончили любезничать? — весело спросил Матвей.

— Мы обсуждали варианты твоего дальнейшего лечения, — самым серьезным голосом заявляю я, закрывая корпусом покрасневшую Нату.

— А оно нужно?

— Матвей, как будто ты не знаешь, что такое копье тьмы [43] . Тебе нужен постоянный присмотр в течение нескольких дней, — возмущенно сказала магиня из-за моего плеча.

— Знаю, к сожалению, слишком хорошо, — разом поскучнел Матвей. — Сейчас.

Так, заметка на память: есть виды повреждений, которые магией трудно лечатся.

— Трон, наши и горожане пострадали? — спрашивает дядя стоящего недалече великана, с задумчивым видом оттирающего кровь с кольчуги.

Последний из моей замены, которому еще не достался соперник в связи с форс-мажором. Трон Гром его полное имя. Матвей говорил, что он — маг. Бывают же такие маги: фигура как у братца-клона, а то и поздоровее будет, руки почти до колен, а выражению лица позавидует даун. Не знай я, кто он, — сразу бы начал искать кошелек, и не для того чтобы подать милостыню.

— Нет, Матвей, вообще, кроме тебя, никто. Царапины не считаются.

— А эти? — Взгляд на секундантов и стражников, начинающих совершать неясные даже им самим телодвижения.

— Эти, — скорчил лицо гигант, — эти сосунки скоро придут в себя, и Берг опять вспомнит, кто такие охотники. Матвей, иди домой и отлежись, закончим здесь уборку — и я зайду к тебе.

Кстати о птичках. Где там Берг? Вот он стоит у магистрата и похлопывает по окровавленному мечу. А добрые глаза время от времени посматривают на постепенно приходящих в себя подчиненных. Надо подойти и прояснить ситуацию с поединком. Не люблю оставлять дела незавершенными.

— Сэр Берг, я не вижу последнего вызывавшего Вага Ольта.

— В живых его уже не увидит никто. — Кивок в сторону кучи мяса, костей и железа, лежащей в луже крови.

— Тебя здесь ничто не держит.

Оглядываю площадь: почти все при деле, вовлечены в не понятный мне процесс даже Абу с Дорном. Вот и однорукий суетится. Заметив мой взгляд, выпрямился и поклонился в пояс. Странно. Ладно, домой, пора баиньки. Выстраиваем походный ордер. Впереди — Матвей, с боков — на всякий случай я с Дуняшей, в тылу — походный госпиталь «Парацельс» в виде Наты. Добираясь до корчмы, Матвей раз десять отмахивался от вооруженных до зубов любопытных и посылал их туда, куда они и шли, — то есть на площадь. Интересно все же, что там произошло? Поединок был нарушен, это ясно. Но как и почему так все возбудились, я не понял, но сил спрашивать нет. Это копье тьмы еще… Навалилась жуткая усталость.

Вот и «Пьяный кабан». Ворота закрыты, но у калитки стоит Яр. Вопросительный взгляд Молчуна, отмашка Матвея — мол, все потом, — и мы поднимаемся наверх. Пока Ната и Дуняша суетятся в комнате дяди, я раздеваюсь и ложусь поверх одеяла. Несмотря на данное Нате обещание, я позорным образом засыпаю.

Город Рейграр, королевский дворец, королевский кабинет.

— Ваше величество, я все равно прошу вас удовлетворить просьбу сэра Лэнса, графа эл Кона.

— Онгвир, видел я этого графа и эту жирную свинью Горта, чтоб он сдох. Я это требование засуну ему в… место…

— Ваше величество, извините за мою дерзость, но я снова прошу вас. Я знаю ваше отношение к гильдии. Во дворце многие забыли, как сэр Берг тридцать лет назад совершил коронное преступление и как ваш отец не только не казнил его, но и наградил, а потом повторил его действия в этой комнате.

Кабинет запомнил негромкий смех.

— Именно поэтому и нельзя, чтобы у ваших недругов был хоть малейший шанс распускать о вас сплетни. Не нужно, чтобы у некоторых просыпались ненужные воспоминания.