— Вы один хотите получить удовлетворение или ваши друзья тоже?

— Когда я с тобой закончу, смерд, то, что от тебя останется, не сможет дать удовлетворения даже куче червей.

И чего ты такой злой?

— Вот и хорошо, значит, они на меня не в обиде. Какие осторожные и благоразумные люди. Их матери правильно воспитали своих сыновей. Я им благодарен.

Легкие смешки на площади.

— Слушай, холоп, — вскипел «голубок», — ты хочешь получить от нас вызов — так получай, смерд. Мы все требуем от тебя удовлетворения за оскорбление, нанесенное нам в корчме.

— Все?

— Да, — ответил мне рев.

Чудненько. Не догоню, так согреюсь.

— Место и время?

— Здесь и сейчас. Условия?

— Условия поединка — сталь. Кстати, тут есть один симпатичный круг. Начнем?

— Торопишься умереть? — заинтересовался хорек.

— Очень.

— Придется подождать, пока мои слуги не принесут все необходимое.

Пожав плечами — не прошло, так и не очень рассчитывал, — я отошел от хорька и направился к скамейке, расположенной у дома на площади. Хион давно зашел за горизонт, но света на улице было достаточно. Вместо него на небе появились Лайя и Тайя. Размером они были немного меньше Луны, но удивительно красивы. Одна луна была жемчужного цвета, без единого пятна на своем лице, другая — розового. Сочетания двух цветов давало невероятно красивую картину. Питер, с его белыми ночами, стыдливо прятался в закоулке.

— На что ты рассчитываешь, Влад? — спросил подошедший Глав и внимательно посмотрел на меня.

Я молча продолжал любоваться ночным небом.

— В драке без оружия ты хорош, даже великолепен. За всю свою жизнь ничего подобного я не видел. Да и кинжалом ты неплохо работаешь. Но на поединке все будет по-другому. Он хороший мечник, это нетрудно заметить опытному человеку даже по походке. Пойми, здесь в почете умение владеть если не магией, то хотя бы сталью. Слуги и создания Падшего очень опасны, и если ты оказался на расстоянии руки от любого из них без меча или боевого топора, то очень скоро попадешь на встречу с Создателем. Даже кинжал почти бесполезен. Пока ты будешь им кромсать того же простого зомби, занятие долгое и почти бесполезное, ему достаточно один раз задеть тебя своими когтями — и ты труп, если не что-то похуже. Кулаками вообще невозможно справиться с нежитью, поэтому мордобой здесь не искусство, а развлечение. Для того чтобы быть спокойным за свою жизнь, даже серв на Севере учится махать топором, не говоря уже о благородных, с детства приученных к оружию. Я вот взял в руки меч…

Глав осекся и мрачно посмотрел вокруг. Ай да Глав, так ты у нас тоже благородный, а если еще и высокородный… Что ж ты так в корчме разорялся? Ну ладно, это твое дело.

— Может, пока есть время, принести тебе что-то из оружия и доспехов, что ты предпочитаешь? — спросил подошедший Матвей.

— Предпочитаю то, чем умею пользоваться, — ответил я. — А работать я умею только кинжалом или ножом.

— У тебя не будет никаких шансов, возьми хотя бы кольчугу.

Вот и Яг пожаловал с товарищами, и вообще вокруг опять стало тесно от знакомых. Ну не дают полюбоваться ночным небом. Кольчуга. Я хмыкнул. Для меня она будет лишь непривычной тяжестью. Я не смогу двигаться в ней так, как я умею. Как вбивал в мое тело ротный. Командир роты разведки капитан Болдышев был фанатом ножевого боя, и лучшей отмазкой от чего бы то ни было, особенно от самоволки, оставшейся незаметной для всех, кроме него, являлись синяки от его индивидуальных занятий. Хватит. Дайте на небо посмотреть.

— Думаешь, в последний раз представилась возможность?

В последний или не в последний, а все-таки как красиво здесь ночью. Ладно, хватит расслабляться. Что мы имеем в минусе? А имеем опытного воина, привыкшего к оружию и умеющему им пользоваться. Наверняка за ним не один убитый — приехал ведь сюда, скотина, развлечься охотой на нежить. Значит, в себе уверен. Что у меня в плюсе — только опыт рукопашки и боя на ножах, остальное неприменимо. Значит, тактика боя проста, как перпендикуляр. Нужно держаться от него подальше, чтоб не нашинковал мечом, выбрать момент, сократить дистанцию — и постараться прикончить в ближнем бою. Больше ничего придумать не могу. Стоп, а если…

— Матвей, у тебя не будет небольшого легкого щита?

— У меня есть, — отозвался Яг, — сейчас принесу, я живу недалеко отсюда.

— Отлично.

Яг повернулся и начал быстро протискиваться сквозь окружающих. А народу-то набежало — мама не горюй. Причем у всех в глазах, обращенных на меня, видится очень симпатичное надгробие. Понятно: заранее похоронили, а кто-то и оплакивать стал. Вон у Дуняши глаза на мокром месте. Охотники хмуро переглядываются и стискивают рукоятки мечей, секир и других штук, предназначенных для сокращения поголовья врагов. Нервничают, понятно: если хорек меня прикончит, сразу отомстить гопкомпании им не светит — обычаи и правила не позволят. А там компания уродов попытается свалить из города — наверняка уже поняли, что к чему. Здесь их стали очень сильно не любить. Охотники станут убивать их в спину. Проблемы у ребят будут. Оно мне надо?

Ну что ж, подойдем к кругу — я впереди, в сопровождении народа. Впередиидущий, блин. Гопкомпания на месте, причем окружена тремя десятками молодчиков в кольчугах и шлемах. Точно поняли особенности местного самосознания. А вот и сэр Берг. Стильный зеленый костюмчик, берет с крупным изумрудом, властное лицо. Хорошо на публику играешь, дядя. Совсем ты не так спокоен, как хочешь показать. За спиной шестеро в плащах различного цвета и пятьдесят — шестьдесят организмов в кирасах. Пехота и тяжелая артиллерия в лице магов. Серьезно подготовился. Вот и хорек одевается в железо при помощи троих дружков. Чего на нем только нет — кольчуга, кираса, наплечники [17] , налокотники [18] , наручи [19] , набедерники [20] , наколенники [21] , наголенники [22] , — прям весь собирающийся пойти «на», «на» и «на». Осталось только указать точный маршрут и конечную остановку. О, а сабатоны [23] зачем надел? Вот придурок. Завершает экипировку урода треугольный тарч [24] и гранд-бацинет [25] . Закован весь — уязвимых мест практически нет. Но бегать за мной ему придется тяжеловато. А если сработает моя задумка, то и не придется хорьку напрягаться.

— Влад, на пару слов, — говорит мне Матвей.

Отойдем, если надо.

— Влад, разные люди попадают сюда, мой дед, например, за всю свою жизнь не убил никого. Трудно сделать это в первый раз. Тебе приходилось? — спрашивает он.

Озеро на берегу леса. Дикие крики, пьяная ругань и исчезающая вместе с жизнью зелень из глаз молодой девчонки.

— Приходилось, — зло отвечаю я, — и по ночам покойники не снились.

— Ты очень спокоен. А ведь шансов у тебя нет. — Он заглядывает мне в глаза.