Будь в мире справедливость, кто-то ответил бы за случившееся в Тирме.

Будь в мире справедливость, целая куча выходцев с Востока и текл из Южной Адриланки сохранили бы в целости свои головы. Будь в мире справедливость, Коти и мальчику не пришлось бы опасаться за собственную жизнь.

Будь в мире справедливость, я был бы мертв.

Вырвав стрелу из глаза, я услышал собственный вопль. Тут меня достал магический взрыв, оторвав мне ногу ниже колена. Я рухнул на землю, потянулся к Леди Телдре, но враг с топором успел раньше и оттяпал мне правую руку у запястья.

Воздух странно замерцал золотом, и из ниоткуда раздался голос Некромантки:

— Во Врата, Влад, живо!

— Э… чего?

— Ты должен выбраться отсюда, Влад. Ты оказался в романе Тима Пауэрса.

Я застонал, чувствуя, как Врата обретают плоть.

Вокруг выросли суровые серые стены; я слышал голоса, разговаривающие на непонятном наречии.

— Здесь я в безопасности?

— Ну… — проговорила она. — Не то чтобы совсем в безопасности.

— И чей это роман на этот раз?

— Э… Джона де Ченси, Влад. Лучшее, куда я сумела тебя перебросить в один прием.

Я сморщился.

— Ну почему тебя не хватило на Луизу Мэй Олкотт?

— Рад, что вы сами вызвались, — проговорила императрица. — Да, есть одна служба, которую вы могли бы сослужить.

— Я весь внимание.

— Далеко-далеко на Востоке — за пределами всех известных вам краев — набирает силы древнее зло. Эти силы оно черпает из Амулета Зла, созданного еще до начала времен. Могущество Амулета растет с каждым злым поступком, помыслом о причинении вреда ближнему, превышением властных полномочий и алчности. А сочинители кассовых бестселлеров лишь подливают масла в огонь.

Скоро Амулет станет необорим, и используя его, древнее зло поработит весь мир, навсегда и бесповоротно. Вам нужно уничтожить зло, забрать Амулет и ввергнуть его в Безвременье.

Я кивнул.

— Хорошо.

Шесть недель у меня заняла дорога туда, и час — сама работа. К счастью, я сумел телепортироваться обратно.

— Исполнено, — доложил я ее величеству.

— Благодарю вас, лорд Сурке, — сказала она. — Зло повершено навеки.

— То есть до следующего раза, вы хотите сказать.

— Разумеется.

Я пожал плечами.

— Что ж, рад был доказать, что готов служить вашему величеству.

— Привет, приятель.

Я осмотрелся и заметил полосато-коричневого кота на несколько ступеней выше. И уставился на него.

— Что-то не так? — спросил он.

— Ты еще кто такой?

Кот закатил глаза.

— Это фэнтези. А я самый обычный говорящий кот. Ну, догадался?

«Босс, можно?..»

«Само собой.»

Когда Лойош и Ротса покончили с трапезой, мы продолжили подъем.

«Босс, а разве тут не должно быть эпизода, где мы смеемся над „оружием, поглощающим души“, какое постоянно всплывает в низкопробной фэнтези?»

«Лойош, если ты вдруг не заметил, в этих книгах ЕСТЬ оружие, поглощающее души.»

«А. Ну да. Верно подмечено. Тогда ну его, этот эпизод.»

«Вот именно.»

— Может, я просто подойду к тому дому и попрошу убежища, — проговорил я. — А еще, может, у меня из задницы начнут вылезать обезьянки. Стоп.

Этого я не говорил.

УЖЕ СКАЗАЛ.

— Неважно. Я этого не говорил. В драгаэрском даже нет такого выражения.

ТЕПЕРЬ ЕСТЬ.

— Чушь. Тут даже нет обезьянок.

ТАК ТЫ СПЕЦИАЛИСТ ПО ФАУНЕ ДРАГАЭРЫ?

— Этого я не говорил. Не приписывай мне чужих слов.

ИМЕННО ЭТО Я И ДЕЛАЮ.

— Ага, ты и Том Круз. Давай забудем об обезьянках, ладно?