(замерла, оборвавшись на полуслове)

Я живо отпрянула от Филатова (как пойманный вор), дернулась, едва не упустив ОБС (обзорно-прицельную систему) на пол.

– Света? – удивленно переспросил Ю.Д., словно не веря своим глазам.

Молчит. А в глазах – закипает ад.

– Лера, Лера… от кого, кого… а от тебя такого не ожидала!!
– злобно протараторила, выплюнула слова.

– Это какого такого?? – дернулась я, пропищала… дрожащим голосом.

– Я думала, мы – друзья.

Ха.

А я тебе еще и душу изливала…

– Что ты несешь, Киряева? – вдруг не выдержал Дмитрич и вмешался.

– А ты вообще не лезь, урод. С тобой никто не разговаривал.

– Ты чё? Вообще, прибалдела? – резкий шаг навстречу… и замер рядом с ней. Глаза в глаза.

***

(Света)

(нервно хмыкнула – а ненависть по шкале… ртутью наливает жилы)

– А я, как дура, верю тут безоговорочно во всю ту чушь,

что мне несет... на уши вешает. Ну… ублюдок.

– Пожалуй, я вас оставлю… - (едва слышно, робко прошептала Клинко, торопко уложила на полку какую-то хрень… и кинулась к двери)

– Беги, беги, крыса!

(потом с тобой разберусь)

– Светлана, что тебе нужно?

– Кобель ты недорезанный, Филатов! Зачем мне врал? Зачем? Так бы и сказал сразу, что НЕ НРАВЛЮСЬ, что есть – ДРУГАЯ!!! А то нес… всякий бред…

(нервно цыкнул, на мгновение отвернулся)

– Ты – чокнутая.

(и снова глаза в глаза)

Вдруг замер на мгновение. Глубокий вдох – и холодно так, мерзко… прорычал в лицо.

– А ты знаешь. Ты права. Не нравятся мне… ШЛЮХИ. Так что пошла вон отсюда!!!

Вон я сказал. И чтоб мои глаза тебя больше не видели.

Опешила.

Замерла, не дыша…

в нездоровом шоке…

(тщетные попытки проглотить боль, резкую, внезапную… неистовую)

– Тебе туго доходит? ВОН ОТСЮДА!

(и снова окатил его голос, слова морозом и ужасом… с ног до головы)

Секунда на осознание, сомнения.

Разворот – и выбежала прочь.

Глава Двадцать Шестая

***

(Лера)

– Где Киряева? – злобно зарычал Филатов и тут же уставился на меня.

– Ей плохо. Медики дали добро на пропуск вечерней пробежки.

– А что с ней? Мозг купила – не знает, как вставить?

(удивленно вздернула бровями; глаза невольно уткнулись в землю – промолчала)

– Ясно. Давайте, семь кругов – и на турники.

***

И снова я нашла ее в туалете… Забитая в углу. Уткнутая… бессмысленным взглядом в пол…

А слезы, а слезы… больными ручьями… стекали по щекам,… уже ни о чем не говоря. Не пытаясь изменить.

Убежать, убежать, просто убежать от боли… да и только.

Им страшно быть внутри – сейчас там … ПЕКЛО.

– Светик.

– Уйди от меня! – нервно дернулась, оттолкнула меня (пресекая попытку обнять).

– Прошу, выслушай.

Я,

я тебе клянусь. КЛЯНУСЬ!

У нас с Филатовым ничего нет… и никогда не было.

Слышишь, клянусь!

(снова пытаюсь обнять –

не сопротивляется)

(нервно всхлипнула)

– Тогда зачем он так со мной… поступает?

(прижимаю, прижимаю к себе, как самое дорогое в жизни)

– Не знаю. Честно,

не знаю…

(тяжелое молчание)

Псих он, просто.

А их… не понять.

Глава Двадцать Седьмая

***

(Света)

И снова воскресенье. И снова бой.

Чертовые игры.

…

Молчу, молчу,

… на него никак не реагирую.

Все вопросы Старосты (в делах с Филатовым) взяла на себя Лерка.

Не трогает меня… и он.

***

Желтая Ракета.

Зеленая… и поехали!

… но едва я дернулась бежать вместе с группой, как Филатов тут же поймал меня за шкирку и, злобно зашипев, потянул на себя:

– КУДА??? А карту кто будет изучать?

– Лера.

– Нет, уж. Клинко пусть валит с группой. А ты – остаешься.

Мне ваш цирк со староством уже бесит.

Марш в дом, и не хрен тут сопли разводить.

(грубо пнул в сторону крыльца)

Несмело переглянулись с Леркой.

Нет желания спорить.

Быстрее начну – быстрее освобожусь от его больного внимания.

Спешно пошагала вперед.

Убежала и Валерия в лес.

***

Резвые шаги по ступенькам – и приоткрыла дверь. Быстро вскочила внутрь.