Я знала, понимала, что без моей помощи ей точно не жить… Не жить…

Поежилась…

Кашель стих. Замерла.

Я машинально ухватилась за руку, пытаясь нащупать пульс. Сложно успевать считать: ее сердце взбесилось.

Не шевелилась.

– Эй, очнись, очнись! Молю! ЕСТЬ ДОКТОР? – я несмело стукнула по щеке. Не реагировала. – Слышишь, слышишь! ОЧНИСЬ! – Резкий отрезвляющий удар.

Глубокий звонкий вдох и снова кашель…

– ДЕРЖИСЬ, МОЛЮ!!! Слышишь? ЕСТЬ КТО ИЗ МЕДИКОВ?

Я знала, единственное, что могу для нее сделать: следить, чтобы не захлебнулась, не двигалась в таком тяжелом состоянии, не вздрагивала и поднималась над землей, не скручивалась от боли.

Прижала за плечи к земле, повернула на бок голову, давая возможность спокойно выплевывать кровь, а не давиться, захлебываться ею во второй-третий раз.

Держись…

Но как долго она так протянет? КАК?

– ЕСТЬ ДОКТОР? – очередной, полный надежды крик…

– ДА! Я, отойди, - грубо оттолкнул меня от девушки какой-то мужчина, и тут же принялся рассматривать больную.

– Вы ей поможете?

– Да, - едва слышно прошептал…

Дикий, сумасшедший, истерический смех. Сквозь слезы, сквозь больной хохот, я радовалась этой маленькой победе. Ее победе.

Подхваченная волной эйфории, всемирного счастья, впиваясь утопической радостью, я все так же на четвереньках, сквозь физическую боль и временные помутнения, поползла дальше.

Я должна помочь… Хоть как-то, хоть кому-то…

Мания, наваждение, безумие…

Глава Шестая

***

(Луи)

Я и сам не понял, как добрался до вагонов, как забрался внутрь.

От ужаса… замер на мгновение.

ТАКОГО просто не может быть!

Два кресла…Из всей начинки вагона - только два одиноких кресла, а остальное… вместе с пассажирами, вместе с их вещами - к чертям вылетели через разбитые окна…

Кровавые потеки, невнятные мазки больного художника на стене… Кто-то видимо, пытался сорвать стопкран…

Кто-то…

Нечего время терять… Взять себя в руки, перебороть шок…

МАТУА! ОЧИСЬ!

***

(Мария)

Я пыталась не думать о том, что вижу… Пыталась не задумываться над тем, почему эта непонятная вещь чем-то напоминала человеческую кисть, а эта -… пальцы…

Смотреть вдаль… Не смотреть под ноги и руки…

Оторванные рессоры. Затерявшаяся колесная пара…

Боже, Боже, что же могло такое случиться, чтобы все это стало возможным?

Неужели, неужели это была простая оплошность? А может, лучше чтобы была именно она, а не…

Ведь люди на такое не способны… Правда? Иначе зачем своими руками сотворять на земле настоящий ад? ЗАЧЕМ?!!

– Помогите, - хриплый, уже не верящий в свою надобность, рык раздался где-то позади.

Нервно вздрогнула. Рьяные усердия успокоить себя, собраться с духом. Резкий разворот – и поползла по памяти на звук…

Едва слышное дыхание, едва различимый рокот хрипения…

– Что с Вами? – пробормотала, прошептала я, обращаясь сама к себе…

Делаю вид умного, опытного доктора, осматриваю больного...

***

(Луи)

Я узнал наш вагон.

Люди пытались выбраться наружу. Через оконные проемы переваленные матрасы.

Нелепо торчащие из деревянных рам окровавленные осколки.

Люди…

… Жертвы? ИЗВЕРГИ!

…Жадно, наперегонки, выбрасывались из железных могил.

И никто уже не различал, кто с ним рядом: женщина, дети, старики…

Испуганный вой матерей… Писк малышей…

Мужики, МУЖИКИ - ТРУСЫ! Гадкие, глупые трусы!

Схватив за шкирку одного из таких «представителей» современного общества, отшвырнул назад.

Жалобно запищал, завизжал, как недобитая скотина.

– Ты, СУКА, что творишь?!! – дико зарычал щенок мне в спину. Попытка ударить?

Инстинктивно обернулся и тут же перехватил удар. Резкий рывок – на грани вывиха…

– ИСЧЕЗ, ПОКА ЖИВ! – демон взбесился внутри, словно помаячили перед ним красным знаменем. Всепоглощающий аромат крови вновь ворвался в меня, лишая права на трезвый рассудок.

Инстинктивно зарычал в лицо глупца…

Жалобно скуля от боли в теле, от боли в суставах, от ужаса в сознании, испуганно дернулся, вырвался из уже расслабленной моей руки, попятился назад и, едва дыша, зажался в угол.