— А старый лис ушел в подполье. Можешь не говорить.

— С Ньюманом было нелегко связаться, — дипломатично согласился Тони Андерсон. — Поэтому Стенсон позвонил нам. Я сегодня с ним разговаривал.

— И что ты ему сказал? — заинтересовался Джейк.

— Ничего. Я слушал.

— Ты подаешь надежды.

— Спасибо.

— И что ты выяснил?

— Стенсон хочет пойти на попятный. Он собирается участвовать в проекте, если наша компания тоже выступит в роли партнера-застройщика. Он не пойдет на это, если мы просто возьмем подряд на застройку и не разделим с ним риск.

Джейк прореагировал спокойно. Он вытянул длинные ноги и положил их на стульчик, о котором они спорили с Эш. Прищурился от яркого света, бьющего в окна кабинета.

— Он не сказал почему?

Тони отбросил дипломатию в сторону.

— Он сказал, будь это ваш проект, вы бы проверили, все ли в нем чисто. Если же проект Ньюмана, то там наверняка что-то не так, а ему в его годы нет желания разгребать весь этот мусор.

Джейк постучал кончиком ручки по зубам.

— Это все?

— А что еще нужно?

— Дело в том, — проницательно заметил Джейк, — что если меня не подводит интуиция, есть еще кто-то, проявляющий далеко не невинный интерес к застройке Хейс-Вуд. И если не мы ему платим, а он занимается расследованием дел Десмонда Ньюмана, то готов поспорить, докладывает он напрямую нашему разлюбезному Эрику Стенсону.

— Я соберу совещание, — быстро сказал Тони.

— Непременно.

— Когда?

Джейк подумал. Сад за окном сверкал подобно бриллианту. Солнце маленькими радугами играло в траве. Если вам нужна романтическая атмосфера, цинично подумал Джейк, лучше особняка Хейс не сыскать. Он улыбнулся. Идеальное место. Идеальное для удовольствий, для соблазнения. Но больше всего оно подходит для того, что он задумал сделать в сумерках.

Он потянулся.

— Когда? А завтра. Днем или поближе к вечеру. В моей квартире.

Тони все записал.

— А вы потом… гм… вернетесь снова в особняк? Или вы там уже закончили?

— Нет еще, — мягко сказал Джейк. — Но закончу. Назад мне ехать не придется.

Эш как раз снимала возбужденного хомяка с журнального столика, когда в центр вошел Боб Каммингс.

— Рад, что ты вернулась, — сказал он. — Все возвращается на круги своя?

— Постоянно. — Она прижала маленького зверька к щеке и выпрямилась.

— Как барсучонок?

— Поправляется.

Хомячок энергично попытался залезть к ней в волосы. Она вытащила его оттуда.

— Когда ты сможешь его выпустить, как ты думаешь?

Эш вернула хомяка в клетку и плотно закрыла дверцу на засов.

— Не знаю. Беда в том, что я даже не представляю, где его выпускать. Его нашли на дороге, но я понятия не имею, откуда он взялся.

— На краю Хейс-Вуд когда-то жила семья, — сказал Боб. — Они ушли несколько лет назад, но ведь барсуки часто переселяются. Они могли вернуться.

— Я пойду и посмотрю, — пообещала она.

— Если там есть еще барсуки, тебе следует быть осторожной.

Эш поежилась.

— Ты о браконьерах? Как могут люди развлекаться таким способом?

— Не только о браконьерах. Барсуки находятся под охраной государства. Сложно избавиться от них законным путем. Если фермер хочет согнать их со своей земли, куда легче просто нанять тайком людей, чтобы их перебили.

— Хейс-Вуд принадлежит мне, — напомнила ему Эш. Она подумала о Джейке Дейре и удовлетворенно улыбнулась. — И как бы кто-то ни старался, так оно и останется. Если там есть барсуки, они в безопасности.

Джейк исследовал сад с тщательностью генерала, осматривающего поле будущей битвы. Он прошелся по розарию, фруктовому саду, огороженному саду, где рос высокий акант и дурманно пахнущая желтофиоль, небольшой рощице вдоль ручья, где изобиловали ирисы. И все никак не мог решиться. Нужно отвести ее так далеко от дома, чтобы не слышать телефонных звонков. И все же не слишком далеко, чтобы она не успела передумать по дороге обратно…

Он услышал свое имя. Создавалось впечатление, что зовущий кричит уже давно и потерял терпение. Он обернулся. На террасе около кухни стояла Эм в определенно дурном расположении духа.

— Телефон, — коротко сообщила она. — Мисс Ньюман. Не захотела, чтобы вы перезвонили. Сказала, что подождет.

Джейку достаточно было одного взгляда на лицо Эм, и он бегом бросился в дом.

— Дорогой, — сказала Рози, даже не пожаловавшись на долгое ожидание. — Я только что узнала. Как ты себя чувствуешь?

Рози уже не была близким ему человеком. Оп не собирался рассказывать ей, что притворяется больным, чтобы проникнуть в жизнь Эш Лоуренс. С другой стороны, он не хотел, чтобы она думала, что он не в форме.